home
Что посмотреть

Ай Вэйвэя в Иерусалиме

...и в особенности самую занятную инсталляцию мятежного китайца - «Семена подсолнечника», сооруженную из 100 000 000 фарфоровых семечек, ровным слоем рассыпанных по полу Музея Израиля. Непременно взгляните и на «Деревья», которые акционист и диссидент по прозвищу пекинский Уорхол сделал из коряг, найденных на юге Китая. И, наконец, посмотрите себе под ноги, на ковер сиречь мраморный пол, сканированный Вэйвэем в Доме немецкого искусства в Мюнхене. А вообще-то его выставка называется «Может, да, а может - нет». Поверьте, так оно и есть.
Иерусалим, Музей Израиля, до 28 октября.

«Патерсон» Джима Джармуша

В этом фильме всё двоится: стихотворец Патерсон и городишко Патерсон, bus driver и Адам Драйвер, волоокая иранка Лаура и одноименная муза Петрарки, японец Ясудзиро Одзу и японец Масатоси Нагасэ, черно-белые интерьеры и черно-белые капкейки, близнецы и поэты. Да, здесь все немножко поэты, и в этом как раз нет ничего странного. Потому что Джармуш и сам поэт, и фильмы свои он складывает как стихи. Звуковые картины, настоянные на медитации, на многочисленных повторах, на вроде бы рутине, а в действительности – на нарочитой простоте мироздания. Ибо любой поэт, даже если он не поэт, может начать всё с чистого листа.

Сцены из супружеской жизни

Театр «Гешер» совместно с тель-авивским Камерным поставили спектакль на вечный сюжет Ингмара Бергмана – «Сцены из супружеской жизни». По химическому составу крови этот спектакль довольно схож с бергмановским оригиналом; вероятно, оттого столь естественна игра двух актеров, Итая Тирана и Эфрат Бен-Цур. До того, что её и игрой-то сложно назвать, а если и так, то игрой в высшей совершенной степени.
Режиссер постановки Гилад Кимхи не только исследует под микроскопом грамматику эмоций, механизмы связи между мужчиной и женщиной – он, вслед за Бергманом, производит аутопсию современной супружеской жизни вообще. И жизнь эта, тесная и душная, как чужой ботинок, засасывает в себя зрителя. В ботинке к тому же оказывается камешек, и это уже сущий ад. «Ад – это другие», говорил Сартр. «Но когда другие перестают вам принадлежать, ад становится раем», мог бы сказать Бергман.

Раннего Шекспира, или «Как вам это понравится»

В тель-авивском Камерном театре играют пьесу «Как вам это понравится» в постановке Уди Бен-Моше. Точнее, ломают комедию, где при дворе свергнутого герцога плетутся интриги, а в заповедном лесу бродят счастливые и далекие от политики & практической жизни странники, изгнанники, философствующие актеры. В пространстве «дворец» – холод и тьма, люди с лицами наемных убийц; в пространстве «лес» – листва, и поэзия, и овечки с лицами добрых клоунов. Видеоарт и селфи, юмор века катастроф и скоростей – в переводе Дана Альмагора есть место дню сегодняшнему. И это нормально, думается, Шекспир бы оценил.

«Ужасных родителей» Жана Кокто

Необычный для нашего пейзажа режиссер Гади Ролл поставил в Беэр-Шевском театре спектакль о французах, которые говорят быстро, а живут смутно. Проблемы – вечные, старые, как мир: муж охладел к жене, давно и безвозвратно, а она не намерена делить сына с какой-то женщиной, и оттого кончает с собой. Жан Кокто, драматург, поэт, эстет, экспериментатор, был знаком с похожей ситуацией: мать его возлюбленного Жана Маре была столь же эгоистичной.
Сценограф Кинерет Киш нашла правильный и стильный образ спектакля – что-то среднее между офисом, складом, гостиницей, вокзалом; место нигде. Амир Криеф и Шири Голан, уникальный актерский дуэт, уже много раз создававший настроение причастности и глубины в разном материале, достойно отыгрывает смятенный трагифарс. Жан Кокто – в Беэр-Шеве.

Новые сказки для взрослых

Хоть и пичкали нас в детстве недетскими и отнюдь не невинными сказками Шарля Перро и братьев Гримм, знать не знали и ведать не ведали мы, кто все это сотворил. А началось все со «Сказки сказок» - пентамерона неаполитанского поэта, писателя, солдата и госчиновника Джамбаттисты Базиле. Именно в этом сборнике впервые появились прототипы будущих хрестоматийных сказочных героев, и именно по этим сюжетам-самородкам снял свои «Страшные сказки» итальянский режиссер Маттео Гарроне. Правда, под сюжетной подкладкой ощутимо просматриваются Юнг с Грофом и Фрезером, зато цепляет. Из актеров, коих Гарроне удалось подбить на эту авантюру, отметим Сальму Хайек в роли бездетной королевы и Венсана Касселя в роли короля, влюбившегося в голос старушки-затворницы. Из страннейших типов, чьи портреты украсили бы любую галерею гротеска, - короля-самодура (Тоби Джонс), который вырастил блоху до размеров кабана под кроватью в собственной спальне. Отметим также невероятно красивые с пластической точки зрения кадры: оператором выступил поляк Питер Сушицки, явно черпавший вдохновение в иллюстрациях старинных сказок Эдмунда Дюлака и Гюстава Доре.
Что послушать

Шарля Азнавура, bien sûr

Великий шансонье вновь выступит в Израиле - в четвертый раз за свои нешуточные 93 года. Долговечный голос его за почти вековую жизнь почти потерял резонанс, но приобрел какую-то особую, острую и ломкую хрупкость. Впрочем, с самой первой песни своей «J'ai Bu» («Я пьян») о крепко поддающем дрифтере в конце пути, он пытался казаться стариком, оглядывающимся на жизнь. Между тем во Франции Азнавур считается человеком без возраста, поет на семи языках и грешит любовью к мировым турне. Последнее началось год назад, миновало 24 страны, а 28 октября сего года певец, композитор, актер и поэт, любимый везде и всеми, даст концерт в зале «Менора Мивтахим» в Тель-Авиве.

Sharim Bakikar («Поём на площади»)

Музыкальный выдумщик и вольнодумец Ноам Энбар учинил очередное прекрасное безобразие – на сей раз в Тель-Авивском музее искусств. С января по июль, раз в месяц, в зале Риклиса выступают перформеры их The Great Gehenna Choir (да-да, геенна, не сомневайтесь), исполняя песни собственного сочинения на тексты известных израильских поэтов. По сути, это и не хор, а театр звучащего абсурда, отправляющий лишь ему ведомые ритуалы. Здесь пропевают малые истории, состоящие из морфем, играют в ассоциации, как по нотам, расчленяют язык, отделяя имя (вроде Бар Рефаэли) от его привычного контекста, в общем, всякими разными способами познают реальность.

Kutiman Mix the City

Kutiman Mix the City – обалденный интерактивный проект, выросший из звуков города-без-перерыва. Основан он на понимании того, что у каждого города есть свой собственный звук. Израильский музыкант планетарного масштаба Офир Кутель, выступающий под псевдонимом Kutiman, король ютьюбовой толпы, предоставляет всем шанс создать собственный ремикс из звуков Тель-Авива – на вашей собственной клавиатуре. Смикшировать вибрации города-без-перерыва на интерактивной видеоплатформе можно простым нажатием пальца (главное, конечно, попасть в такт). Приступайте.

Видеоархив событий конкурса Рубинштейна

Все события XIV Международного конкурса пианистов имени Артура Рубинштейна - в нашем видеоархиве! Запись выступлений участников в реситалях, запись выступлений финалистов с камерными составами и с двумя оркестрами - здесь.

Альбом песен Ханоха Левина

Люди на редкость талантливые и среди коллег по шоу-бизнесу явно выделяющиеся - Шломи Шабан и Каролина - объединились в тандем. И записали альбом песен на стихи Ханоха Левина «На побегушках у жизни». Любопытно, что язвительные левиновские тексты вдруг зазвучали нежно и трогательно. Грустинка с прищуром, впрочем, сохранилась.
Что почитать

«Год, прожитый по‑библейски» Эя Джея Джейкобса

...где автор на один год изменил свою жизнь: прожил его согласно всем законам Книги книг.

«Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов» Ёко Тавада

Жизнь – это долгое путешествие в вагоне на нижней полке.

Скрюченному человеку трудно держать равновесие. Но это тебя уже не беспокоит. Нельзя сказать, что тебе не нравится застывать в какой-нибудь позе. Но то, что происходит потом… Вот Кузнец выковал твою позу. Теперь ты должна сохранять равновесие в этом неустойчивом положении, а он всматривается в тебя, словно посетитель музея в греческую скульптуру. Потом он начинает исправлять положение твоих ног. Это похоже на внезапный пинок. Он пристает со своими замечаниями, а твое тело уже привыкло к своему прежнему положению. Есть такие части тела, которые вскипают от возмущения, если к ним грубо прикоснуться.

«Комедию д'искусства» Кристофера Мура

На сей раз муза-матерщинница Кристофера Мура подсела на импрессионистскую тему. В июле 1890 года Винсент Ван Гог отправился в кукурузное поле и выстрелил себе в сердце. Вот тебе и joie de vivre. А все потому, что незадолго до этого стал до жути бояться одного из оттенков синего. Дабы установить причины сказанного, пекарь-художник Люсьен Леззард и бонвиван Тулуз-Лотрек совершают одиссею по богемному миру Парижа на излете XIX столетия.
В романе «Sacré Bleu. Комедия д'искусства» привычное шутовство автора вкупе с псевдодокументальностью изящно растворяется в Священной Сини, подгоняемое собственным муровским напутствием: «Я знаю, что вы сейчас думаете: «Ну, спасибо тебе огромное, Крис, теперь ты всем испортил еще и живопись».

«Пфитц» Эндрю Крами

Шотландец Эндрю Крами начертал на бумаге план столицы воображариума, величайшего града просвещения, лихо доказав, что написанное существует даже при отсутствии реального автора. Ибо «язык есть изощреннейшая из иллюзий, разговор - самая обманчивая форма поведения… а сами мы - измышления, мимолетная мысль в некоем мозгу, жест, вряд ли достойный толкования». Получилась сюрреалистическая притча-лабиринт о несуществующих городах - точнее, существующих лишь на бумаге; об их несуществующих жителях с несуществующими мыслями; о несуществующем безумном писателе с псевдобиографией и его существующих романах; о несуществующих графах, слугах и видимости общения; о великом князе, всё это придумавшем (его, естественно, тоже не существует). Рекомендуется любителям медитативного погружения в небыть.

«Тинтина и тайну литературы» Тома Маккарти

Что такое литературный вымысел и как функционирует сегодня искусство, окруженное прочной медийной сетью? Сей непростой предмет исследует эссе британского писателя-интеллектуала о неунывающем репортере с хохолком. Появился он, если помните, аж в 1929-м - стараниями бельгийского художника Эрже. Неповторимый флёр достоверности вокруг вымысла сделал цикл комиксов «Приключения Тинтина» культовым, а его герой получил прописку в новейшей истории. Так, значит, это литература? Вроде бы да, но ничего нельзя знать доподлинно.

«Неполную, но окончательную историю...» Стивена Фрая

«Неполная, но окончательная история классической музыки» записного британского комика - чтиво, побуждающее мгновенно испустить ноту: совершенную или несовершенную, голосом или на клавишах/струнах - не суть. А затем удариться в запой - книжный запой, вестимо, и испить эту чашу до дна. Перейти вместе с автором от нотного стана к женскому, познать, отчего «Мрачный Соломон сиротливо растит флоксы», а правая рука Рахманинова напоминает динозавра, и прочая. Всё это крайне занятно, так что... почему бы и нет?
Что попробовать

Тайские роти

Истинно райское лакомство - тайские блинчики из слоеного теста с начинкой из банана. Обжаривается блинчик с обеих сторон до золотистости и помещается в теплые кокосовые сливки или в заварной крем (можно использовать крем из сгущенного молока). Подается с пылу, с жару, украшенный сверху ледяным кокосовым сорбе - да подается не абы где, а в сиамском ресторане «Тигровая лилия» (Tiger Lilly) в тель-авивской Сароне.

Шомлойскую галушку

Легендарная шомлойская галушка (somlói galuska) - винтажный ромовый десерт, придуманный, по легенде, простым официантом. Отведать ее можно практически в любом ресторане Будапешта - если повезет. Вопреки обманчиво простому названию, сей кондитерский изыск являет собой нечто крайне сложносочиненное: бисквит темный, бисквит светлый, сливки взбитые, цедра лимонная, цедра апельсиновая, крем заварной (патисьер с ванилью, ммм), шоколад, ягоды, орехи, ром... Что ни слой - то скрытый смысл. Прощай, талия.

Бисквитную пасту Lotus с карамелью

Классическое бельгийское лакомство из невероятного печенья - эталона всех печений в мире. Деликатес со вкусом карамели нужно есть медленно, миниатюрной ложечкой - ибо паста так и тает во рту. Остановиться попросту невозможно. Невзирая на калории.

Шоколад с васаби

Изысканный тандем - горький шоколад и зеленая японская приправа - кому-то может показаться сочетанием несочетаемого. Однако распробовавшие это лакомство считают иначе. Вердикт: правильный десерт для тех, кто любит погорячее. А также для тех, кто недавно перечитывал книгу Джоанн Харрис и пересматривал фильм Жерара Кравчика.

Торт «Саркози»

Как и Париж, десерт имени французского экс-президента явно стоит мессы. Оттого и подают его в ресторане Messa на богемной тель-авивской улице ха-Арбаа. Горько-шоколадное безумие (шоколад, заметим, нескольких сортов - и все отменные) заставляет поверить в то, что Саркози вернется. Не иначе.

Рыбный день в Сарона-маркет

18.05.2017Леонид Луцкий

Примета цивилизации: косяком к ужину плывем в сторону рыбных прилавков с морепродуктами, подальше от мясных. Куда? В пафосную Сарону, в «Fishop». 
- А дешевле места не мог найти? – спросит меня коренной тель-авивец. 
Мог, но свежей и разнообразней прилавка, чем здесь, вы не увидите ни в Яффском порту, ни в Старом Акко, ни, тем более, в торговых сетях. Да и пятой части здешней красоты вы там не найдете. «Fishop» – это и сам ресторан, и магазин неподалеку, метрах в пятидесяти. Великий рыбак Зико свозит сюда к утру свой ночной улов.



А начать надо с магазина с его двумя великолепными прилавками. Там работает Ихтиандром улыбчивый молодой человек по имени Вова. Если вы ему понравитесь, он проведет потрясающую экскурсию, в Эйлатский аквариум ехать не надо. Принцип простой: на одном прилавке морской улов, на другом – аналоги этих пород, выращенные человеком. Вова берет две рыбы – и по золотистой чешуе, по упругости плоти и запаху йода вы понимаете, что до матушки-природы еще ползти годы и годы. 

Чего нам хочется? А всего. Камбалу из Бельгии, тунца японских морей, палтуса, сардину средиземноморскую португальских кровей, барракуду, морской язык и под Володин слегка снисходительный, но добродушный смех – локуса. Мы жертвы стереотипа. Израильтянин считает локуса королем здешних глубин, а я давно живу в Израиле. Вот мусар и сибас (Вова показывает самые лакомые части), а вот их морские аналоги; ну все равно, что сравнивать черно-белое кино с цветным.



Балычок и селедочка всех сортов тоже имеются. Нежнейший пурпурного цвета от добавки свеклы гравлакс – скандинавский рецепт засолки семги. И не надо нам на Таити или в Находку. Нас и тут неплохо кормят. Кижуч на иврите называется илтит, зачем я недавно в Хабаровск летал? Учите матчасть, в интернете полно таблиц с названиями рыб по-английски, по-русски и на иврите. Я запомнил, и теперь во всех рыбных ресторанах, от Владивостока до Лондона с заездом в Нормандию, чувствую себя комфортно. А еще в «Fishop» частенько бывает blu fin, такой особый вид тунца с голубыми плавниками. В нашем море он скромных размеров, но китайцы готовы за него душу отдать. 

Лучше Володи, по его мнению, в свежей рыбе разбирается только его кот – гигантский мейн-кун. Нам и не снилось.

А экскурсия продолжается. Креветки всех размеров, гребешки, ракушки, мидии, голубые крабы, а аквариуме – лобстеры. А еще приятно привести сюда заезжего сноба-москвича и унизить. Что он видел в своем порту пяти морей?! Дораду, привезенную на льду из искусственного пруда? Дениса Петровича по-нашему? Дорадо по-испански так и называется – золоченая, за золотую полоску между глазами. У морского экземпляра она видна во всей красе. Впрочем, москвич пошел разный. Сбежавший от сетей товарища Путина, но успевший нагулять жирок, живет в высотке неподалеку и хорошем давно разобрался. 

Да и нам, нагулявши аппетит, пора за стол. Народ сидит на барной стойке по
периметру открытой глазу кухни, все готовится у вас на глазах за считанные минуты. Здесь стоит заказать пивка для рывка и оглядеться, изучить меню, а главное – увидеть процесс приготовления и сочетание рыбы и морепродуктов в одном блюде, тогда не промахнешься. Думал, шею сверну, разглядывая содержимое сковород и чужих тарелок. Пять крабов, устремленных в мою сторону, с дорожкой политых сливок по центру выглядели почти сексуально, еле сдержался.

Холодные блюда начинаются с устриц, цену не посмотрел, потому что привык раз в пару лет завтракать не двумя штучками, а дюжиной в Довиле-Трувиле с бутылкой брюта. Можете причислить меня к категории аристократов и дегенератов.

Толковые ребята – Амос и Гиль, успевали рассказывать и готовить, смешливая дальневосточная девушка Ной, как та японская ныряльщица ама выплывала с новым блюдом. На холодное польстились на карпаччо из морского мусара с синим луком в лимонном винегрете и севиче из локуса с йогуртом и помидорками шерри. С горячим хлебушком одно удовольствием намять. Кто знает разницу между севиче и карпаччо? Всем двойка. Севиче предварительно маринуют соком лайма, карпаччо посыпают морской солью с добавлением хорошего оливкового масла и лимона. И то, и другое безумно вкусно.

Переходим к любви – к горячему. Креветки? Тогда чищенные сорта «кристалл» или не чищенные крупные джамбо, чтобы можно было всосать вкус моря, оба вида на сковородочке – планче. Взяли джамбо, а еще подают в белом вине. Порция небольшая, но креветки приготовлены отменно. Китайскими, из морозильника, можно наесться и дома. Мы лакомимся и заказываем скалопс, они же гребешки Сен-Жак. Есть в Израиле пара пафосных ресторанов, где гребешки готовят в цветке тыквы во фритюре. Это уже вершина французской кулинарии, по ним проверяют шеф-поваров и дают мишленовские звезды.

Ной соблазняет пастой с филе морского мусара. Паста альденте, как и положено, с пармезаном в сливочном соусе, но для легкого диссонанса туда игриво положили вяленые шерри, совсем чуть-чуть. А рыба сказочная, хоть и порция не самая большая, еще секунда готовки – показалась бы пережаренной, а не дотяни ее – сырой. Ну вот как они чуют?

Самые дорогие блюда – это острое и нежное ризотто с помидорами и морскими гадами (кальмара, креветки, мидии), дальше следует шампур морского мусара с печеными зелеными овощами и матбухой (томатно-перечный соус) с любым видом хлеба, кастрюлька мидий в белом вине, сваренных на бульоне с морскими гадами, и, наконец, филе дорады, по-местному дениса, с помидорками и зеленью. Правда, порции не для гурме, а для лакомок, но лакомок высшего разряда. 

Чему я здесь научился? Будете смеяться – экономии в пользу качества. На одно блюдо для романтического ужина с любимой женщиной уйдет пара-тройка креветок, несколько небольших кальмарчиков и пяток мидий. Главное их правильно приготовить. Так же изысканно можно принять пару-другую друзей с двумя-тремя переменами блюд. Это вам не весь вечер шашлыки жарить. 
А рыбьим разнообразием прилавков вы можете полюбоваться здесь. И даже заказать на дом.


  КОЛЛЕГИ  РЕКОМЕНДУЮТ
  КОЛЛЕКЦИОНЕРАМ
Элишева Несис.
«Стервозное танго»
ГЛАВНАЯ   О ПРОЕКТЕ   УСТАВ   ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ   РЕКЛАМА   СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ  
® Culbyt.com
© L.G. Art Video 2013-2017
Все права защищены.
Любое использование материалов допускается только с письменного разрешения редакции.
programming by Robertson