home
Что посмотреть

«Синонимы» Надава Лапида

По словам режиссера, почти всё, что происходит в фильме с Йоавом, в том или ином виде случилось с ним самим, когда он после армии приехал в Париж. У Йоава (чей тезка, библейский Йоав был главнокомандующим царя Давида, взявшим Иерусалим) – посттравма и иллюзии, замешанные на мифе о герое Гекторе, защитнике Трои. Видно, таковым он себя и воображает, когда устраивается работать охранником в израильское посольство и когда учит французский в OFII. Но ведь научиться говорить на языке великих философов еще не значит расстаться с собственной идентичностью и стать французом. Сначала надо взять другую крепость – самого себя.

«Frantz» Франсуа Озона

В этой картине сходятся черное и белое (хотя невзначай, того и гляди, вдруг проглянет цветное исподнее), витальное и мортальное, французское и немецкое. Персонажи переходят с одного языка на другой и обратно, зрят природу в цвете от избытка чувств, мерещат невесть откуда воскресших юношей, играющих на скрипке, и вообще чувствуют себя неуютно на этом черно-белом свете. Французы ненавидят немцев, а немцы французов, ибо действие происходит аккурат после Первой мировой. Разрушенный войной комфортный мир сместил систему тоник и доминант, и Франсуа Озон поочередно запускает в наши (д)уши распеваемую народным хором «Марсельезу» и исполняемую оркестром Парижской оперы «Шехерезаду» Римского-Корсакова. На территории мучительного диссонанса, сдобренного не находящим разрешения тристан-аккордом, и обретаются герои фильма. Оттого распутать немецко-французскую головоломку зрителю удается далеко не сразу. 

«Патерсон» Джима Джармуша

В этом фильме всё двоится: стихотворец Патерсон и городишко Патерсон, bus driver и Адам Драйвер, волоокая иранка Лаура и одноименная муза Петрарки, японец Ясудзиро Одзу и японец Масатоси Нагасэ, черно-белые интерьеры и черно-белые капкейки, близнецы и поэты. Да, здесь все немножко поэты, и в этом как раз нет ничего странного. Потому что Джармуш и сам поэт, и фильмы свои он складывает как стихи. Звуковые картины, настоянные на медитации, на многочисленных повторах, на вроде бы рутине, а в действительности – на нарочитой простоте мироздания. Ибо любой поэт, даже если он не поэт, может начать всё с чистого листа.

Сцены из супружеской жизни

Театр «Гешер» совместно с тель-авивским Камерным поставили спектакль на вечный сюжет Ингмара Бергмана – «Сцены из супружеской жизни». По химическому составу крови этот спектакль довольно схож с бергмановским оригиналом; вероятно, оттого столь естественна игра двух актеров, Итая Тирана и Эфрат Бен-Цур. До того, что её и игрой-то сложно назвать, а если и так, то игрой в высшей совершенной степени.
Режиссер постановки Гилад Кимхи не только исследует под микроскопом грамматику эмоций, механизмы связи между мужчиной и женщиной – он, вслед за Бергманом, производит аутопсию современной супружеской жизни вообще. И жизнь эта, тесная и душная, как чужой ботинок, засасывает в себя зрителя. В ботинке к тому же оказывается камешек, и это уже сущий ад. «Ад – это другие», говорил Сартр. «Но когда другие перестают вам принадлежать, ад становится раем», мог бы сказать Бергман.

Раннего Шекспира, или «Как вам это понравится»

В тель-авивском Камерном театре играют пьесу «Как вам это понравится» в постановке Уди Бен-Моше. Точнее, ломают комедию, где при дворе свергнутого герцога плетутся интриги, а в заповедном лесу бродят счастливые и далекие от политики & практической жизни странники, изгнанники, философствующие актеры. В пространстве «дворец» – холод и тьма, люди с лицами наемных убийц; в пространстве «лес» – листва, и поэзия, и овечки с лицами добрых клоунов. Видеоарт и селфи, юмор века катастроф и скоростей – в переводе Дана Альмагора есть место дню сегодняшнему. И это нормально, думается, Шекспир бы оценил.

«Ужасных родителей» Жана Кокто

Необычный для нашего пейзажа режиссер Гади Ролл поставил в Беэр-Шевском театре спектакль о французах, которые говорят быстро, а живут смутно. Проблемы – вечные, старые, как мир: муж охладел к жене, давно и безвозвратно, а она не намерена делить сына с какой-то женщиной, и оттого кончает с собой. Жан Кокто, драматург, поэт, эстет, экспериментатор, был знаком с похожей ситуацией: мать его возлюбленного Жана Маре была столь же эгоистичной.
Сценограф Кинерет Киш нашла правильный и стильный образ спектакля – что-то среднее между офисом, складом, гостиницей, вокзалом; место нигде. Амир Криеф и Шири Голан, уникальный актерский дуэт, уже много раз создававший настроение причастности и глубины в разном материале, достойно отыгрывает смятенный трагифарс. Жан Кокто – в Беэр-Шеве.

Новые сказки для взрослых

Хоть и пичкали нас в детстве недетскими и отнюдь не невинными сказками Шарля Перро и братьев Гримм, знать не знали и ведать не ведали мы, кто все это сотворил. А началось все со «Сказки сказок» - пентамерона неаполитанского поэта, писателя, солдата и госчиновника Джамбаттисты Базиле. Именно в этом сборнике впервые появились прототипы будущих хрестоматийных сказочных героев, и именно по этим сюжетам-самородкам снял свои «Страшные сказки» итальянский режиссер Маттео Гарроне. Правда, под сюжетной подкладкой ощутимо просматриваются Юнг с Грофом и Фрезером, зато цепляет. Из актеров, коих Гарроне удалось подбить на эту авантюру, отметим Сальму Хайек в роли бездетной королевы и Венсана Касселя в роли короля, влюбившегося в голос старушки-затворницы. Из страннейших типов, чьи портреты украсили бы любую галерею гротеска, - короля-самодура (Тоби Джонс), который вырастил блоху до размеров кабана под кроватью в собственной спальне. Отметим также невероятно красивые с пластической точки зрения кадры: оператором выступил поляк Питер Сушицки, явно черпавший вдохновение в иллюстрациях старинных сказок Эдмунда Дюлака и Гюстава Доре.
Что послушать

Kutiman Mix the City

Kutiman Mix the City – обалденный интерактивный проект, выросший из звуков города-без-перерыва. Основан он на понимании того, что у каждого города есть свой собственный звук. Израильский музыкант планетарного масштаба Офир Кутель, выступающий под псевдонимом Kutiman, король ютьюбовой толпы, предоставляет всем шанс создать собственный ремикс из звуков Тель-Авива – на вашей собственной клавиатуре. Смикшировать вибрации города-без-перерыва на интерактивной видеоплатформе можно простым нажатием пальца (главное, конечно, попасть в такт). Приступайте.

Видеоархив событий конкурса Рубинштейна

Все события XIV Международного конкурса пианистов имени Артура Рубинштейна - в нашем видеоархиве! Запись выступлений участников в реситалях, запись выступлений финалистов с камерными составами и с двумя оркестрами - здесь.

Альбом песен Ханоха Левина

Люди на редкость талантливые и среди коллег по шоу-бизнесу явно выделяющиеся - Шломи Шабан и Каролина - объединились в тандем. И записали альбом песен на стихи Ханоха Левина «На побегушках у жизни». Любопытно, что язвительные левиновские тексты вдруг зазвучали нежно и трогательно. Грустинка с прищуром, впрочем, сохранилась.
Что почитать

«Год, прожитый по‑библейски» Эя Джея Джейкобса

...где автор на один год изменил свою жизнь: прожил его согласно всем законам Книги книг.

«Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов» Ёко Тавада

Жизнь – это долгое путешествие в вагоне на нижней полке.

Скрюченному человеку трудно держать равновесие. Но это тебя уже не беспокоит. Нельзя сказать, что тебе не нравится застывать в какой-нибудь позе. Но то, что происходит потом… Вот Кузнец выковал твою позу. Теперь ты должна сохранять равновесие в этом неустойчивом положении, а он всматривается в тебя, словно посетитель музея в греческую скульптуру. Потом он начинает исправлять положение твоих ног. Это похоже на внезапный пинок. Он пристает со своими замечаниями, а твое тело уже привыкло к своему прежнему положению. Есть такие части тела, которые вскипают от возмущения, если к ним грубо прикоснуться.

«Комедию д'искусства» Кристофера Мура

На сей раз муза-матерщинница Кристофера Мура подсела на импрессионистскую тему. В июле 1890 года Винсент Ван Гог отправился в кукурузное поле и выстрелил себе в сердце. Вот тебе и joie de vivre. А все потому, что незадолго до этого стал до жути бояться одного из оттенков синего. Дабы установить причины сказанного, пекарь-художник Люсьен Леззард и бонвиван Тулуз-Лотрек совершают одиссею по богемному миру Парижа на излете XIX столетия.
В романе «Sacré Bleu. Комедия д'искусства» привычное шутовство автора вкупе с псевдодокументальностью изящно растворяется в Священной Сини, подгоняемое собственным муровским напутствием: «Я знаю, что вы сейчас думаете: «Ну, спасибо тебе огромное, Крис, теперь ты всем испортил еще и живопись».

«Пфитц» Эндрю Крами

Шотландец Эндрю Крами начертал на бумаге план столицы воображариума, величайшего града просвещения, лихо доказав, что написанное существует даже при отсутствии реального автора. Ибо «язык есть изощреннейшая из иллюзий, разговор - самая обманчивая форма поведения… а сами мы - измышления, мимолетная мысль в некоем мозгу, жест, вряд ли достойный толкования». Получилась сюрреалистическая притча-лабиринт о несуществующих городах - точнее, существующих лишь на бумаге; об их несуществующих жителях с несуществующими мыслями; о несуществующем безумном писателе с псевдобиографией и его существующих романах; о несуществующих графах, слугах и видимости общения; о великом князе, всё это придумавшем (его, естественно, тоже не существует). Рекомендуется любителям медитативного погружения в небыть.

«Тинтина и тайну литературы» Тома Маккарти

Что такое литературный вымысел и как функционирует сегодня искусство, окруженное прочной медийной сетью? Сей непростой предмет исследует эссе британского писателя-интеллектуала о неунывающем репортере с хохолком. Появился он, если помните, аж в 1929-м - стараниями бельгийского художника Эрже. Неповторимый флёр достоверности вокруг вымысла сделал цикл комиксов «Приключения Тинтина» культовым, а его герой получил прописку в новейшей истории. Так, значит, это литература? Вроде бы да, но ничего нельзя знать доподлинно.

«Неполную, но окончательную историю...» Стивена Фрая

«Неполная, но окончательная история классической музыки» записного британского комика - чтиво, побуждающее мгновенно испустить ноту: совершенную или несовершенную, голосом или на клавишах/струнах - не суть. А затем удариться в запой - книжный запой, вестимо, и испить эту чашу до дна. Перейти вместе с автором от нотного стана к женскому, познать, отчего «Мрачный Соломон сиротливо растит флоксы», а правая рука Рахманинова напоминает динозавра, и прочая. Всё это крайне занятно, так что... почему бы и нет?
Что попробовать

Тайские роти

Истинно райское лакомство - тайские блинчики из слоеного теста с начинкой из банана. Обжаривается блинчик с обеих сторон до золотистости и помещается в теплые кокосовые сливки или в заварной крем (можно использовать крем из сгущенного молока). Подается с пылу, с жару, украшенный сверху ледяным кокосовым сорбе - да подается не абы где, а в сиамском ресторане «Тигровая лилия» (Tiger Lilly) в тель-авивской Сароне.

Шомлойскую галушку

Легендарная шомлойская галушка (somlói galuska) - винтажный ромовый десерт, придуманный, по легенде, простым официантом. Отведать ее можно практически в любом ресторане Будапешта - если повезет. Вопреки обманчиво простому названию, сей кондитерский изыск являет собой нечто крайне сложносочиненное: бисквит темный, бисквит светлый, сливки взбитые, цедра лимонная, цедра апельсиновая, крем заварной (патисьер с ванилью, ммм), шоколад, ягоды, орехи, ром... Что ни слой - то скрытый смысл. Прощай, талия.

Бисквитную пасту Lotus с карамелью

Классическое бельгийское лакомство из невероятного печенья - эталона всех печений в мире. Деликатес со вкусом карамели нужно есть медленно, миниатюрной ложечкой - ибо паста так и тает во рту. Остановиться попросту невозможно. Невзирая на калории.

Шоколад с васаби

Изысканный тандем - горький шоколад и зеленая японская приправа - кому-то может показаться сочетанием несочетаемого. Однако распробовавшие это лакомство считают иначе. Вердикт: правильный десерт для тех, кто любит погорячее. А также для тех, кто недавно перечитывал книгу Джоанн Харрис и пересматривал фильм Жерара Кравчика.

Торт «Саркози»

Как и Париж, десерт имени французского экс-президента явно стоит мессы. Оттого и подают его в ресторане Messa на богемной тель-авивской улице ха-Арбаа. Горько-шоколадное безумие (шоколад, заметим, нескольких сортов - и все отменные) заставляет поверить в то, что Саркози вернется. Не иначе.

Лондон в Иерусалиме

25.01.2019

Рядом с кофе по-арабски распивался шотландский виски (закусывали устрицами); на городских сценах выступали певучая звезда Востока Умм Культум и maestro furioso Артуро Тосканини; британские солдаты сражались с еврейскими и арабскими жителями Иерусалима по любому поводу, но в основном на теннисных кортах и ​​площадках для крикета; звуки уда и скрипки раздавались из радиостудии на улице Принцессы Мелисенды. Похоже на сказку, не так ли? Ну да, да, хотя чтобы сказка стала былью, вам всего лишь нужно отправиться на выставку «Лондон в Иерусалиме».

 London in Jerusalem. Piano. Credit: Oded Antman. Tower of David Museum

Британцы, конечно, окультурили нашу столицу ого-го как. Ну и без шпионов не обошлось, 007 и прочих. Всё это чистая, наичистейшая правда: шпионы сиживали в легендарном баре Финка, который доподлинно воссоздан ныне в том же музее «Башня Давида» (The Tower of David Museum). И не случайно: Башня Давида тысячелетиями охраняла вход в Иерусалим, а вот во времена Британского мандата превратилась в культурный центр. Случилось это в 1918 году, когда первый британский губернатор города, сэр Рональд Сторрс, учредил общественный комитет, направленный на «восстановление и сохранение исторического наследия города, поощрение искусства и ремесел и поддержку местных художников». Так упомянутая цитадель превратилась из военной крепости в цитадель культуры. В 1921 году в Башне Давида состоялся первый концерт, а в 1923-м – первая выставка, на которой экспонировались картины художника Реувена Рубина. К искусству подавались английский чай в чашках тонкого фарфора и блюдца с пирожными.

    London in Jerusalem. Credit: Oded Antman. Tower of David Museum

Ну и вообще в этот период тридцатилетнего британского правления случилось много всего замечательного. Ассоциация еврейских художников (так называла себя группа молодых художников, которые восстали против стиля школы «Бецалель») провела в цитадели несколько групповых и персональных выставок – в период с 1922 по 1927 годы. В марте 1936 года радостный возглас “This is Jerusalem Calling!” ознаменовал выход в эфир первой передачи иерусалимской радиовещательной службы. Трансляции PBS на арабском, английском и иврите включали новости, живую музыку, уроки языка, радиопостановки для детей и молодежи и утреннюю гимнастику. К концу Британского мандата в городе действовало не менее 10 кинотеатров, в которых ежедневно транслировалась кинохроника и, так же ежедневно, шли показы «Тарзана» и «Волшебника из страны Оз» – самых популярных фильмов дня. Ежели хотите освежить воспоминания, реконструкция радиоточки и одного из кинотеатров, «Смадар», с радостью позволят вам сделать это. Более того, вы можете ощутить культуру кафе той эпохи, выпив чаю в воссозданном в «Башне Давида» знаменитом кафе Atara.

London in Jerusalem. Smadar cinema. Cafe tables and chairs and culture on menu. Credit: Oded Antman. Tower of David Museum

Band. Crefit: Zvi Oron. The collection of the Central Zionist Archives, Jerusalem

Ну а в том самом легендарном баре Финка (Fink's Bar), по слухам, хранились главные секреты Иерусалима. Где посетителей потчевали гуляшем, сухим мартини и виски 15-летней выдержки. Виски и гуляш подавались в равных частях с интригой – шпионам, офицерам, политикам, журналистам, художникам и интеллектуалам с момента открытия заведения в 1932 году и вплоть до его закрытия в 2005-м (Финк оставалcя на плаву в течение многих лет после окончания действия Мандата). Постоянными гостями бара в разные годы числились Голда Меир, Ицхак Рабин, Шимон Перес, Ариэль Шарон и Биньямин Нетанияху. Еще более частым посетителем бара Финка был мэр Тедди Коллек, который приводил сюда всех высокопоставленных лиц и знаменитостей, прибывавших в город. Этот бар / ресторан поместил Иерусалим на нерелигиозную карту, был отмечен в нескольких международных публикациях, а журнал Newsweek даже назвал его «одним из лучших баров в мире».

London in Jerusalem. Fink's Bar. Credit: Oded Antman. Tower of David Museum

Реконструированный бар дает отдаленное представление о том, как выпивали бок о бок британские офицеры и местные жители, борцы Еврейского Сопротивления и истинно английские джентльмены. Воссозданию атмосферы немало поспособствовала Эдна Азриэли, дочь второго (после его основателя, Моше Финка) владельца заведения Дэвида Ротшильда. Ей вместе с мужем Мули удалось сохранить большую часть оригинальной мебели, бутылки, картины в рамах и знаменитый хьюмидор с сигарами, выставленный в эти дни напоказ в музее «Башни Давида». Здесь же можно полистать гостевую книгу, в которой отметились Марк Шагал, Леонард Бернстайн, Айзек Стерн, Кирк Дуглас, Артур Рубинштейн, Гюнтер Грасс, Роми Шнайдер, Витторио Де Сика, Джон Стейнбек, Марта Грэм, Клод Ланцман, Гарольд Пинтер, Зубин Мета, Симона де Бовуар, Ширли Маклейн etc., включая астронавтов «Аполлона-3».

    Lady Chancellor. Credit: Zvi Oron. Central Zionist Archives, Jerusalem

И еще один любопытный экспонат: гостевая книга отеля King David периода Мандата, пестрящая автографами дипломатов, политиков, мировых лидеров, художников, кинозвезд и общественных деятелей, а также некоторых представителей местного бомонда. О да, Иерусалим сформировал свою собственную версию высшего общества; здесь устраивались суаре, файв-о-клоки и танцы в лучших традициях Лондона и Парижа. На выставке вы можете заглянуть в реконструированную гостиную, типичную для района Рехавия 1930-х годов, с оригинальным фарфором, радиоприемником и мебелью.

London in Jerusalem. Reconstructed living room. Credit:Oded Antman. Tower of David Museum

Вывод? Британское влияние в Израиле существует уже 100 лет, хотя «Битлз» так и не добрались до этих мест.

По словам кураторов выставки Лиат Маргалит и Инбар Дрор Лакс, потребовалось почти два года, чтобы собрать все артефакты и визуальные элементы, составляющие выставку. Всё это, добавляют они, «добавило новых специй в плавильный котел, каковым является Иерусалим».

Выставка «Лондон в Иерусалиме: культура на городских улицах во времена Британского мандата (1917-1948)» открыта в музее «Башня Давида» до 28 февраля.


  КОЛЛЕГИ  РЕКОМЕНДУЮТ
  КОЛЛЕКЦИОНЕРАМ
Элишева Несис.
«Стервозное танго»
ГЛАВНАЯ   О ПРОЕКТЕ   УСТАВ   ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ   РЕКЛАМА   СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ  
® Culbyt.com
© L.G. Art Video 2013-2019
Все права защищены.
Любое использование материалов допускается только с письменного разрешения редакции.
programming by Robertson