home
Что посмотреть

«Паразиты» Пон Чжун Хо

Нечто столь же прекрасное, что и «Магазинные воришки», только с бо́льшим драйвом. Начинаешь совершенно иначе воспринимать философию бытия (не азиаты мы...) и улавливать запах бедности. «Паразиты» – первый южнокорейский фильм, удостоенный «Золотой пальмовой ветви» Каннского фестиваля. Снял шедевр Пон Чжун Хо, в привычном для себя мультижанре, а именно в жанре «пончжунхо». Как всегда, цепляет.

«Синонимы» Надава Лапида

По словам режиссера, почти всё, что происходит в фильме с Йоавом, в том или ином виде случилось с ним самим, когда он после армии приехал в Париж. У Йоава (чей тезка, библейский Йоав был главнокомандующим царя Давида, взявшим Иерусалим) – посттравма и иллюзии, замешанные на мифе о герое Гекторе, защитнике Трои. Видно, таковым он себя и воображает, когда устраивается работать охранником в израильское посольство и когда учит французский в OFII. Но ведь научиться говорить на языке великих философов еще не значит расстаться с собственной идентичностью и стать французом. Сначала надо взять другую крепость – самого себя.

«Frantz» Франсуа Озона

В этой картине сходятся черное и белое (хотя невзначай, того и гляди, вдруг проглянет цветное исподнее), витальное и мортальное, французское и немецкое. Персонажи переходят с одного языка на другой и обратно, зрят природу в цвете от избытка чувств, мерещат невесть откуда воскресших юношей, играющих на скрипке, и вообще чувствуют себя неуютно на этом черно-белом свете. Французы ненавидят немцев, а немцы французов, ибо действие происходит аккурат после Первой мировой. Разрушенный войной комфортный мир сместил систему тоник и доминант, и Франсуа Озон поочередно запускает в наши (д)уши распеваемую народным хором «Марсельезу» и исполняемую оркестром Парижской оперы «Шехерезаду» Римского-Корсакова. На территории мучительного диссонанса, сдобренного не находящим разрешения тристан-аккордом, и обретаются герои фильма. Оттого распутать немецко-французскую головоломку зрителю удается далеко не сразу. 

«Патерсон» Джима Джармуша

В этом фильме всё двоится: стихотворец Патерсон и городишко Патерсон, bus driver и Адам Драйвер, волоокая иранка Лаура и одноименная муза Петрарки, японец Ясудзиро Одзу и японец Масатоси Нагасэ, черно-белые интерьеры и черно-белые капкейки, близнецы и поэты. Да, здесь все немножко поэты, и в этом как раз нет ничего странного. Потому что Джармуш и сам поэт, и фильмы свои он складывает как стихи. Звуковые картины, настоянные на медитации, на многочисленных повторах, на вроде бы рутине, а в действительности – на нарочитой простоте мироздания. Ибо любой поэт, даже если он не поэт, может начать всё с чистого листа.

«Ужасных родителей» Жана Кокто

Необычный для нашего пейзажа режиссер Гади Ролл поставил в Беэр-Шевском театре спектакль о французах, которые говорят быстро, а живут смутно. Проблемы – вечные, старые, как мир: муж охладел к жене, давно и безвозвратно, а она не намерена делить сына с какой-то женщиной, и оттого кончает с собой. Жан Кокто, драматург, поэт, эстет, экспериментатор, был знаком с похожей ситуацией: мать его возлюбленного Жана Маре была столь же эгоистичной.
Сценограф Кинерет Киш нашла правильный и стильный образ спектакля – что-то среднее между офисом, складом, гостиницей, вокзалом; место нигде. Амир Криеф и Шири Голан, уникальный актерский дуэт, уже много раз создававший настроение причастности и глубины в разном материале, достойно отыгрывает смятенный трагифарс. Жан Кокто – в Беэр-Шеве.

Новые сказки для взрослых

Хоть и пичкали нас в детстве недетскими и отнюдь не невинными сказками Шарля Перро и братьев Гримм, знать не знали и ведать не ведали мы, кто все это сотворил. А началось все со «Сказки сказок» - пентамерона неаполитанского поэта, писателя, солдата и госчиновника Джамбаттисты Базиле. Именно в этом сборнике впервые появились прототипы будущих хрестоматийных сказочных героев, и именно по этим сюжетам-самородкам снял свои «Страшные сказки» итальянский режиссер Маттео Гарроне. Правда, под сюжетной подкладкой ощутимо просматриваются Юнг с Грофом и Фрезером, зато цепляет. Из актеров, коих Гарроне удалось подбить на эту авантюру, отметим Сальму Хайек в роли бездетной королевы и Венсана Касселя в роли короля, влюбившегося в голос старушки-затворницы. Из страннейших типов, чьи портреты украсили бы любую галерею гротеска, - короля-самодура (Тоби Джонс), который вырастил блоху до размеров кабана под кроватью в собственной спальне. Отметим также невероятно красивые с пластической точки зрения кадры: оператором выступил поляк Питер Сушицки, явно черпавший вдохновение в иллюстрациях старинных сказок Эдмунда Дюлака и Гюстава Доре.
Что послушать

Kutiman Mix the City

Kutiman Mix the City – обалденный интерактивный проект, выросший из звуков города-без-перерыва. Основан он на понимании того, что у каждого города есть свой собственный звук. Израильский музыкант планетарного масштаба Офир Кутель, выступающий под псевдонимом Kutiman, король ютьюбовой толпы, предоставляет всем шанс создать собственный ремикс из звуков Тель-Авива – на вашей собственной клавиатуре. Смикшировать вибрации города-без-перерыва на интерактивной видеоплатформе можно простым нажатием пальца (главное, конечно, попасть в такт). Приступайте.

Видеоархив событий конкурса Рубинштейна

Все события XIV Международного конкурса пианистов имени Артура Рубинштейна - в нашем видеоархиве! Запись выступлений участников в реситалях, запись выступлений финалистов с камерными составами и с двумя оркестрами - здесь.

Альбом песен Ханоха Левина

Люди на редкость талантливые и среди коллег по шоу-бизнесу явно выделяющиеся - Шломи Шабан и Каролина - объединились в тандем. И записали альбом песен на стихи Ханоха Левина «На побегушках у жизни». Любопытно, что язвительные левиновские тексты вдруг зазвучали нежно и трогательно. Грустинка с прищуром, впрочем, сохранилась.
Что почитать

«Год, прожитый по‑библейски» Эя Джея Джейкобса

...где автор на один год изменил свою жизнь: прожил его согласно всем законам Книги книг.

«Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов» Ёко Тавада

Жизнь – это долгое путешествие в вагоне на нижней полке.

Скрюченному человеку трудно держать равновесие. Но это тебя уже не беспокоит. Нельзя сказать, что тебе не нравится застывать в какой-нибудь позе. Но то, что происходит потом… Вот Кузнец выковал твою позу. Теперь ты должна сохранять равновесие в этом неустойчивом положении, а он всматривается в тебя, словно посетитель музея в греческую скульптуру. Потом он начинает исправлять положение твоих ног. Это похоже на внезапный пинок. Он пристает со своими замечаниями, а твое тело уже привыкло к своему прежнему положению. Есть такие части тела, которые вскипают от возмущения, если к ним грубо прикоснуться.

«Комедию д'искусства» Кристофера Мура

На сей раз муза-матерщинница Кристофера Мура подсела на импрессионистскую тему. В июле 1890 года Винсент Ван Гог отправился в кукурузное поле и выстрелил себе в сердце. Вот тебе и joie de vivre. А все потому, что незадолго до этого стал до жути бояться одного из оттенков синего. Дабы установить причины сказанного, пекарь-художник Люсьен Леззард и бонвиван Тулуз-Лотрек совершают одиссею по богемному миру Парижа на излете XIX столетия.
В романе «Sacré Bleu. Комедия д'искусства» привычное шутовство автора вкупе с псевдодокументальностью изящно растворяется в Священной Сини, подгоняемое собственным муровским напутствием: «Я знаю, что вы сейчас думаете: «Ну, спасибо тебе огромное, Крис, теперь ты всем испортил еще и живопись».

«Пфитц» Эндрю Крами

Шотландец Эндрю Крами начертал на бумаге план столицы воображариума, величайшего града просвещения, лихо доказав, что написанное существует даже при отсутствии реального автора. Ибо «язык есть изощреннейшая из иллюзий, разговор - самая обманчивая форма поведения… а сами мы - измышления, мимолетная мысль в некоем мозгу, жест, вряд ли достойный толкования». Получилась сюрреалистическая притча-лабиринт о несуществующих городах - точнее, существующих лишь на бумаге; об их несуществующих жителях с несуществующими мыслями; о несуществующем безумном писателе с псевдобиографией и его существующих романах; о несуществующих графах, слугах и видимости общения; о великом князе, всё это придумавшем (его, естественно, тоже не существует). Рекомендуется любителям медитативного погружения в небыть.

«Тинтина и тайну литературы» Тома Маккарти

Что такое литературный вымысел и как функционирует сегодня искусство, окруженное прочной медийной сетью? Сей непростой предмет исследует эссе британского писателя-интеллектуала о неунывающем репортере с хохолком. Появился он, если помните, аж в 1929-м - стараниями бельгийского художника Эрже. Неповторимый флёр достоверности вокруг вымысла сделал цикл комиксов «Приключения Тинтина» культовым, а его герой получил прописку в новейшей истории. Так, значит, это литература? Вроде бы да, но ничего нельзя знать доподлинно.

«Неполную, но окончательную историю...» Стивена Фрая

«Неполная, но окончательная история классической музыки» записного британского комика - чтиво, побуждающее мгновенно испустить ноту: совершенную или несовершенную, голосом или на клавишах/струнах - не суть. А затем удариться в запой - книжный запой, вестимо, и испить эту чашу до дна. Перейти вместе с автором от нотного стана к женскому, познать, отчего «Мрачный Соломон сиротливо растит флоксы», а правая рука Рахманинова напоминает динозавра, и прочая. Всё это крайне занятно, так что... почему бы и нет?
Что попробовать

Тайские роти

Истинно райское лакомство - тайские блинчики из слоеного теста с начинкой из банана. Обжаривается блинчик с обеих сторон до золотистости и помещается в теплые кокосовые сливки или в заварной крем (можно использовать крем из сгущенного молока). Подается с пылу, с жару, украшенный сверху ледяным кокосовым сорбе - да подается не абы где, а в сиамском ресторане «Тигровая лилия» (Tiger Lilly) в тель-авивской Сароне.

Шомлойскую галушку

Легендарная шомлойская галушка (somlói galuska) - винтажный ромовый десерт, придуманный, по легенде, простым официантом. Отведать ее можно практически в любом ресторане Будапешта - если повезет. Вопреки обманчиво простому названию, сей кондитерский изыск являет собой нечто крайне сложносочиненное: бисквит темный, бисквит светлый, сливки взбитые, цедра лимонная, цедра апельсиновая, крем заварной (патисьер с ванилью, ммм), шоколад, ягоды, орехи, ром... Что ни слой - то скрытый смысл. Прощай, талия.

Бисквитную пасту Lotus с карамелью

Классическое бельгийское лакомство из невероятного печенья - эталона всех печений в мире. Деликатес со вкусом карамели нужно есть медленно, миниатюрной ложечкой - ибо паста так и тает во рту. Остановиться попросту невозможно. Невзирая на калории.

Шоколад с васаби

Изысканный тандем - горький шоколад и зеленая японская приправа - кому-то может показаться сочетанием несочетаемого. Однако распробовавшие это лакомство считают иначе. Вердикт: правильный десерт для тех, кто любит погорячее. А также для тех, кто недавно перечитывал книгу Джоанн Харрис и пересматривал фильм Жерара Кравчика.

Торт «Саркози»

Как и Париж, десерт имени французского экс-президента явно стоит мессы. Оттого и подают его в ресторане Messa на богемной тель-авивской улице ха-Арбаа. Горько-шоколадное безумие (шоколад, заметим, нескольких сортов - и все отменные) заставляет поверить в то, что Саркози вернется. Не иначе.

Языковый праотец

16.05.2023Лина Гончарская

Тут вдруг выпало попасть в гости к пещерному человеку.

Поначалу говорили, что мы едем в Бейт-Гуврин, потому что художник написал музыку на протосемитском языке. Вроде бы оксюморон – как это художник пишет музыку, и как та музыка написана не нотами, а языком?

Да потому что это нечто мистическое, как оказалось.

У этой музыки половые признаки и те непривычные – с приставкой пра- (или прото-, как кому нравится): и мелодика, и гармония, даже драматургия, и та развертывается как-то по-особенному. Вот, скажем, две повторяющиеся фразы, коричневые, как пещерные стены, так и норовят прыгнуть в соседний цвет; а эти сделаны из непогоды, у них внутри даже дождь можно разглядеть. А голоса-то как звучат – будто обхаживают каждый оттенок звука, заговаривают его.

Не пещера-колокол, а эпицентр шаманства какой-то.

Тут пролетела летучая мышь, а поскольку Дор с самого начала призывал вслушаться в пещеру, мы и ее пение услышали, мышиное. И летучее.

                                 Фото: Дор Злеха Леви

Иные слова скользили в пространстве пещеры на коньках, иные – на лыжах; некоторые и вовсе ускользали от восприятия. Да и то сказать: протосемитский язык – гипотетический язык-предок семитских языков, из которого все они произошли, живые и мертвые, – восходит к четвертому тысячелетию до нашей эры (в египетских пирамидах, к слову, были обнаружены самые ранние сохранившиеся фрагменты текста на этом языке – заклинания змеи, ни больше, ни меньше). Поскольку первоначальное звучание протосемитского языка неизвестно, Дор полагался на результаты совместной исследовательской работы с лингвистами, историками и музыкантами; по словам художника, он позволил себе творческую свободу и изобрел старый-новый язык, вероятно, слегка отдаленный от исторически достоверного.

Ну да что-то меня занесло, вы же еще не знаете, о чем идет речь.

Называется все это «Единый язык», главным автором сего выступил известный израильский художник Дор Злеха Леви, а происходит действо в Колокольных пещерах национального парка Бейт-Гуврин. Официальные источники гласят, что «Единый язык» – это видео-звуковая работа, в центре которой находится музыкальное произведение, написанное художником на протосемитском языке и исполненное хором певцов. Музыка воспроизводится из звуковых систем, адаптированных к особой акустике места, считающегося древним архитектурным чудом, а на стены пещеры проецируются видеоработы, которые ассимилированы с уникальной текстурой скальных пород. Все это создает захватывающий и ошеломляющий эффект перемещения между древним прошлым и вымышленным будущим».

Сам Дор говорит, что, подобно колокольным пещерам в Бейт-Гуврин, которые когда-то были изолированы друг от друга, а потом постепенно расширялись и становились единым разветвленным пространством, «Единый язык» возвращается к праотцу всех семитских языков и объединяет их воедино посредством музыки.

                             Фото: Надав Порат-Хомски

Как только вы попадаете в пещеру, вы испытываете какое-то незамутненное счастье. Кажется, что пещера сама гудит и поет, что в ней вершится какой-то древний ритуал; лучи света выхватывают из темноты выгравированные в камне рисунки и изображения странных музыкальных инструментов – тоже пра- и прото-, не иначе. К тому же на сводах пещеры – то тут, то там – возникают поющие губы, а за ними – белозубая улыбка или, напротив, чернозубая, в негативе. Этакая губная музыка; и ритм рождается из лабиальных согласных.

Музыка исполняется четверкой обоеполых певцов – выходцев из разных общин; каждый представляет древнюю традицию исполнения духовных песнопений на одном из семитских языков, сохраняя оригинальный акцент. Различия в произношении становится очевидными, поскольку все озвучивают один и тот же текст. Звуки отражаются от пещерных стен, сливаясь в единое целое – то, что Дор называет «старым-новым языком».

Не пытайтесь, однако, одеть тот или иной голос в какую-либо человеческую плоть, даже метафорически; вам это все равно не удастся. Представить, что поет пещера, куда проще – она такая древняя и могучая, «в декольте на сорок восемь персон», как сказал бы Набоков.

Есть в этом что-то завораживающее; более чем. Во всяком случае, вы ощущаете себя в другом измерении, откуда не хочется возвращаться. Вибрации, которые проходят через ваше тело, переносят вас в древний мир, где нешумно и несуетно, в некое трансцендентное пространство. Время здесь не течет и летит – оно семенит мимо, неспешно так, спотыкаясь на земляном полу.

Дор Злеха Леви – видео- и звукорежиссер, чья деятельность связана с сохранением и обработкой личных и коллективных воспоминаний. Кажется, что забытые голоса оживают в его произведениях как в физическом, так и в метафорическом смысле, претерпевают некую трансформацию и тем самым допускают новое слушание, воспроизводясь вновь и вновь. Особенно его заботят отношения между прошлым и настоящим – по его словам, «в этом путешествии туда и обратно есть что-то органичное; я стремлюсь создать, пространство, где люди сами дополняют то, что их разделяет».
Злеха Леви проводит множество выставок в ведущих музеях Израиля и мира, а также создает подвесные инсталляции в парках и исторических объектах. Преподает на художественном факультете академии «Бецалель».


Самое занятное, что нет никакого письменного подтверждения существования протосемитского языка, улыбается Дор. А может, он сам его придумал? Хотя не суть важно – главное, это красиво.

История же гласит, что текст песни Дора – некая симуляция, созданная лингвистами, которые провели сравнение между существующими семитскими языками: ивритом, арамейским и арабским. Путем этого сравнения они смогли найти общие характеристики, в том числе грамматические, и создали словарь протосемитского языка, чьи обитатели отдаленно напоминают слова на иврите и арабском.

Пение звучит несколько минут, пока не заканчивается. Затем наступает пауза, и вам кажется, будто время остановилось.

Самое время послушать тишину.

Колокольная пещера («Паамон», одна из 80 пещер в форме колокола) расположена в Национальном парке Мареша – Бейт-Гуврин. Этот заповедник, включенный ООН в список памятников под охраной UNESCO, является объектом Всемирного наследия и славится целой сетью естественных и искусственных пещер, возрастом с первобытных времен и до эпохи крестоносцев (не случайно его называют «Страной тысячи пещер»). Наиболее распространенная версия названия Бейт-Гуврин связана с архангелом Гавриилом.


Посетить пещеру-колокол и вслушаться в «Единый язык» можно до 11 ноября 23 года по четвергам и субботам, с 19:00 до 21:00.


  КОЛЛЕГИ  РЕКОМЕНДУЮТ
  КОЛЛЕКЦИОНЕРАМ
Элишева Несис.
«Стервозное танго»
ГЛАВНАЯ   О ПРОЕКТЕ   УСТАВ   ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ   РЕКЛАМА   СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ  
® Culbyt.com
© L.G. Art Video 2013-2023
Все права защищены.
Любое использование материалов допускается только с письменного разрешения редакции.
programming by Robertson