home
Что посмотреть

«Паразиты» Пон Чжун Хо

Нечто столь же прекрасное, что и «Магазинные воришки», только с бо́льшим драйвом. Начинаешь совершенно иначе воспринимать философию бытия (не азиаты мы...) и улавливать запах бедности. «Паразиты» – первый южнокорейский фильм, удостоенный «Золотой пальмовой ветви» Каннского фестиваля. Снял шедевр Пон Чжун Хо, в привычном для себя мультижанре, а именно в жанре «пончжунхо». Как всегда, цепляет.

«Синонимы» Надава Лапида

По словам режиссера, почти всё, что происходит в фильме с Йоавом, в том или ином виде случилось с ним самим, когда он после армии приехал в Париж. У Йоава (чей тезка, библейский Йоав был главнокомандующим царя Давида, взявшим Иерусалим) – посттравма и иллюзии, замешанные на мифе о герое Гекторе, защитнике Трои. Видно, таковым он себя и воображает, когда устраивается работать охранником в израильское посольство и когда учит французский в OFII. Но ведь научиться говорить на языке великих философов еще не значит расстаться с собственной идентичностью и стать французом. Сначала надо взять другую крепость – самого себя.

«Frantz» Франсуа Озона

В этой картине сходятся черное и белое (хотя невзначай, того и гляди, вдруг проглянет цветное исподнее), витальное и мортальное, французское и немецкое. Персонажи переходят с одного языка на другой и обратно, зрят природу в цвете от избытка чувств, мерещат невесть откуда воскресших юношей, играющих на скрипке, и вообще чувствуют себя неуютно на этом черно-белом свете. Французы ненавидят немцев, а немцы французов, ибо действие происходит аккурат после Первой мировой. Разрушенный войной комфортный мир сместил систему тоник и доминант, и Франсуа Озон поочередно запускает в наши (д)уши распеваемую народным хором «Марсельезу» и исполняемую оркестром Парижской оперы «Шехерезаду» Римского-Корсакова. На территории мучительного диссонанса, сдобренного не находящим разрешения тристан-аккордом, и обретаются герои фильма. Оттого распутать немецко-французскую головоломку зрителю удается далеко не сразу. 

«Патерсон» Джима Джармуша

В этом фильме всё двоится: стихотворец Патерсон и городишко Патерсон, bus driver и Адам Драйвер, волоокая иранка Лаура и одноименная муза Петрарки, японец Ясудзиро Одзу и японец Масатоси Нагасэ, черно-белые интерьеры и черно-белые капкейки, близнецы и поэты. Да, здесь все немножко поэты, и в этом как раз нет ничего странного. Потому что Джармуш и сам поэт, и фильмы свои он складывает как стихи. Звуковые картины, настоянные на медитации, на многочисленных повторах, на вроде бы рутине, а в действительности – на нарочитой простоте мироздания. Ибо любой поэт, даже если он не поэт, может начать всё с чистого листа.

«Ужасных родителей» Жана Кокто

Необычный для нашего пейзажа режиссер Гади Ролл поставил в Беэр-Шевском театре спектакль о французах, которые говорят быстро, а живут смутно. Проблемы – вечные, старые, как мир: муж охладел к жене, давно и безвозвратно, а она не намерена делить сына с какой-то женщиной, и оттого кончает с собой. Жан Кокто, драматург, поэт, эстет, экспериментатор, был знаком с похожей ситуацией: мать его возлюбленного Жана Маре была столь же эгоистичной.
Сценограф Кинерет Киш нашла правильный и стильный образ спектакля – что-то среднее между офисом, складом, гостиницей, вокзалом; место нигде. Амир Криеф и Шири Голан, уникальный актерский дуэт, уже много раз создававший настроение причастности и глубины в разном материале, достойно отыгрывает смятенный трагифарс. Жан Кокто – в Беэр-Шеве.

Новые сказки для взрослых

Хоть и пичкали нас в детстве недетскими и отнюдь не невинными сказками Шарля Перро и братьев Гримм, знать не знали и ведать не ведали мы, кто все это сотворил. А началось все со «Сказки сказок» - пентамерона неаполитанского поэта, писателя, солдата и госчиновника Джамбаттисты Базиле. Именно в этом сборнике впервые появились прототипы будущих хрестоматийных сказочных героев, и именно по этим сюжетам-самородкам снял свои «Страшные сказки» итальянский режиссер Маттео Гарроне. Правда, под сюжетной подкладкой ощутимо просматриваются Юнг с Грофом и Фрезером, зато цепляет. Из актеров, коих Гарроне удалось подбить на эту авантюру, отметим Сальму Хайек в роли бездетной королевы и Венсана Касселя в роли короля, влюбившегося в голос старушки-затворницы. Из страннейших типов, чьи портреты украсили бы любую галерею гротеска, - короля-самодура (Тоби Джонс), который вырастил блоху до размеров кабана под кроватью в собственной спальне. Отметим также невероятно красивые с пластической точки зрения кадры: оператором выступил поляк Питер Сушицки, явно черпавший вдохновение в иллюстрациях старинных сказок Эдмунда Дюлака и Гюстава Доре.
Что послушать

Kutiman Mix the City

Kutiman Mix the City – обалденный интерактивный проект, выросший из звуков города-без-перерыва. Основан он на понимании того, что у каждого города есть свой собственный звук. Израильский музыкант планетарного масштаба Офир Кутель, выступающий под псевдонимом Kutiman, король ютьюбовой толпы, предоставляет всем шанс создать собственный ремикс из звуков Тель-Авива – на вашей собственной клавиатуре. Смикшировать вибрации города-без-перерыва на интерактивной видеоплатформе можно простым нажатием пальца (главное, конечно, попасть в такт). Приступайте.

Видеоархив событий конкурса Рубинштейна

Все события XIV Международного конкурса пианистов имени Артура Рубинштейна - в нашем видеоархиве! Запись выступлений участников в реситалях, запись выступлений финалистов с камерными составами и с двумя оркестрами - здесь.

Альбом песен Ханоха Левина

Люди на редкость талантливые и среди коллег по шоу-бизнесу явно выделяющиеся - Шломи Шабан и Каролина - объединились в тандем. И записали альбом песен на стихи Ханоха Левина «На побегушках у жизни». Любопытно, что язвительные левиновские тексты вдруг зазвучали нежно и трогательно. Грустинка с прищуром, впрочем, сохранилась.
Что почитать

«Год, прожитый по‑библейски» Эя Джея Джейкобса

...где автор на один год изменил свою жизнь: прожил его согласно всем законам Книги книг.

«Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов» Ёко Тавада

Жизнь – это долгое путешествие в вагоне на нижней полке.

Скрюченному человеку трудно держать равновесие. Но это тебя уже не беспокоит. Нельзя сказать, что тебе не нравится застывать в какой-нибудь позе. Но то, что происходит потом… Вот Кузнец выковал твою позу. Теперь ты должна сохранять равновесие в этом неустойчивом положении, а он всматривается в тебя, словно посетитель музея в греческую скульптуру. Потом он начинает исправлять положение твоих ног. Это похоже на внезапный пинок. Он пристает со своими замечаниями, а твое тело уже привыкло к своему прежнему положению. Есть такие части тела, которые вскипают от возмущения, если к ним грубо прикоснуться.

«Комедию д'искусства» Кристофера Мура

На сей раз муза-матерщинница Кристофера Мура подсела на импрессионистскую тему. В июле 1890 года Винсент Ван Гог отправился в кукурузное поле и выстрелил себе в сердце. Вот тебе и joie de vivre. А все потому, что незадолго до этого стал до жути бояться одного из оттенков синего. Дабы установить причины сказанного, пекарь-художник Люсьен Леззард и бонвиван Тулуз-Лотрек совершают одиссею по богемному миру Парижа на излете XIX столетия.
В романе «Sacré Bleu. Комедия д'искусства» привычное шутовство автора вкупе с псевдодокументальностью изящно растворяется в Священной Сини, подгоняемое собственным муровским напутствием: «Я знаю, что вы сейчас думаете: «Ну, спасибо тебе огромное, Крис, теперь ты всем испортил еще и живопись».

«Пфитц» Эндрю Крами

Шотландец Эндрю Крами начертал на бумаге план столицы воображариума, величайшего града просвещения, лихо доказав, что написанное существует даже при отсутствии реального автора. Ибо «язык есть изощреннейшая из иллюзий, разговор - самая обманчивая форма поведения… а сами мы - измышления, мимолетная мысль в некоем мозгу, жест, вряд ли достойный толкования». Получилась сюрреалистическая притча-лабиринт о несуществующих городах - точнее, существующих лишь на бумаге; об их несуществующих жителях с несуществующими мыслями; о несуществующем безумном писателе с псевдобиографией и его существующих романах; о несуществующих графах, слугах и видимости общения; о великом князе, всё это придумавшем (его, естественно, тоже не существует). Рекомендуется любителям медитативного погружения в небыть.

«Тинтина и тайну литературы» Тома Маккарти

Что такое литературный вымысел и как функционирует сегодня искусство, окруженное прочной медийной сетью? Сей непростой предмет исследует эссе британского писателя-интеллектуала о неунывающем репортере с хохолком. Появился он, если помните, аж в 1929-м - стараниями бельгийского художника Эрже. Неповторимый флёр достоверности вокруг вымысла сделал цикл комиксов «Приключения Тинтина» культовым, а его герой получил прописку в новейшей истории. Так, значит, это литература? Вроде бы да, но ничего нельзя знать доподлинно.

«Неполную, но окончательную историю...» Стивена Фрая

«Неполная, но окончательная история классической музыки» записного британского комика - чтиво, побуждающее мгновенно испустить ноту: совершенную или несовершенную, голосом или на клавишах/струнах - не суть. А затем удариться в запой - книжный запой, вестимо, и испить эту чашу до дна. Перейти вместе с автором от нотного стана к женскому, познать, отчего «Мрачный Соломон сиротливо растит флоксы», а правая рука Рахманинова напоминает динозавра, и прочая. Всё это крайне занятно, так что... почему бы и нет?
Что попробовать

Тайские роти

Истинно райское лакомство - тайские блинчики из слоеного теста с начинкой из банана. Обжаривается блинчик с обеих сторон до золотистости и помещается в теплые кокосовые сливки или в заварной крем (можно использовать крем из сгущенного молока). Подается с пылу, с жару, украшенный сверху ледяным кокосовым сорбе - да подается не абы где, а в сиамском ресторане «Тигровая лилия» (Tiger Lilly) в тель-авивской Сароне.

Шомлойскую галушку

Легендарная шомлойская галушка (somlói galuska) - винтажный ромовый десерт, придуманный, по легенде, простым официантом. Отведать ее можно практически в любом ресторане Будапешта - если повезет. Вопреки обманчиво простому названию, сей кондитерский изыск являет собой нечто крайне сложносочиненное: бисквит темный, бисквит светлый, сливки взбитые, цедра лимонная, цедра апельсиновая, крем заварной (патисьер с ванилью, ммм), шоколад, ягоды, орехи, ром... Что ни слой - то скрытый смысл. Прощай, талия.

Бисквитную пасту Lotus с карамелью

Классическое бельгийское лакомство из невероятного печенья - эталона всех печений в мире. Деликатес со вкусом карамели нужно есть медленно, миниатюрной ложечкой - ибо паста так и тает во рту. Остановиться попросту невозможно. Невзирая на калории.

Шоколад с васаби

Изысканный тандем - горький шоколад и зеленая японская приправа - кому-то может показаться сочетанием несочетаемого. Однако распробовавшие это лакомство считают иначе. Вердикт: правильный десерт для тех, кто любит погорячее. А также для тех, кто недавно перечитывал книгу Джоанн Харрис и пересматривал фильм Жерара Кравчика.

Торт «Саркози»

Как и Париж, десерт имени французского экс-президента явно стоит мессы. Оттого и подают его в ресторане Messa на богемной тель-авивской улице ха-Арбаа. Горько-шоколадное безумие (шоколад, заметим, нескольких сортов - и все отменные) заставляет поверить в то, что Саркози вернется. Не иначе.

Маршруты прогульщика: полосатая пустыня

22.08.2013Маша Хинич

Полосатые холмы Аравы делают пустыню похожей на бедуинские ковры - изрядно потрепанные, вытертые до прорех, кое-где проеденные молью времени, но вызывающие любопытство и желание внимательно разглядеть их гипнотизирующий, как горячий ветер, узор - повторяющийся, неизменный и всегда разный.

Узелок за узелком, нить за нитью - и из грубого плетения выступают картины пустыни, редких оазисов, птиц, зверей и людей. А там, где люди - там рассказы. Вот несколько из них.

Первый - про заповедник Хай-Бар Йотвата, по которому нас водит Зоар Бен-Шитрит, исполняющий обязанности директора этого самого южного израильского заповедника. В Араве много самого-самого - самый южный заповедник, самый южный кибуц, самый горячий ветер, самая южная винодельня. При винодельню говорят, что не только в Израиле, но и во всем северном полушарии. При кибуц уж - наверняка. И про людей можно сказать: самые-самые. Ведь мало кто может активно действовать при температуре 48 градусов...

Зоар - может. Он играючи заставил нашу крошечную, спекшуюся от жары группку бежать за ним по заповеднику Хай-Бар Йотвата, который хочет превратить в сафари, зоопарк, в лучшую миру ветлечебницу, в райский уголок. Животных на рай набрано уже 385 «единиц» - от змей до газелей, за которыми Зоар сотоварищи ухаживает, кормит, разводит по женской и мужской половинам, разделенным скромным заборчиком, ведет научные наблюдения и пытается преодолеть косность чиновников в деле получения разрешения на ремонт вольера для грифов. Один из грифов - Lappet faced Vulture - последняя особь своего вида из находящих в неволе (степной африканский орел с размахом крыльев до 3 метров).

«Без любви ничего не получается, - объясняет Зоар. - На зарплату, которую нам выдают, семью содержать невозможно. Сотрудники живут в заповеднике - вон в том деревянном бунгало (кондиционер нам поставили только вчера, до этого был вентилятор, а вообще сегодня уже не так жарко…). Да и за животными надо присматривать круглосуточно».

Зоар переехал в Хай-Бар Йотвата из Австралии, где пять лет работал на фермах. В заповеднике он находится практически безотлучно, выезжая только на научные симпозиумы или летая за больными животными в рамат-ганское сафари или в лечебницу в Бейт-Даган. Зоар - это местный доктор Айболит. Животные попадают в заповедник из окрестных кибуцев - в основном раненые из-за человеческой деятельности и согнанные с привычных мест (к примеру, из-за строительства нового аэродрома в районе Тимны), попавшие в аварии, выброшенные из домов (чаще всего выкидывают змей) или раненые на природе. Здесь их лечат и пытаются восстановить популяции редких видов. Если выпущенных на свободу подлеченных животных не принимают в стадо, они часто сами возвращаются на территорию заповедника. За количеством животных приходится следить. Хоть это и заповедник, но на его территории нет достаточного количества пищи. Потому всех животных подкармливают, то есть разумно вмешиваются в природу.

В тот день, когда мы пеклись на солнце в Хай-Бар Йотвата, Зоар пекся о страусах. Сейчас - время кладки яиц и высиживание птенцов. Несколько гнезд разбросаны по солончакам заповедника. Высиживают яйца пары: он - самец-страус - черное полукружие, она - самка - серое полукружие. Вдвоем они образуют круговую оборону. За право обладать гнездом борются несколько самок.

Заповедник открыт ежедневно с 8:30 до 17:00. Летом по воскресеньям и четвергам между акациями и солончаками проводят «экскурсии на закате» - прогулки на автомобилях по заповеднику в часы кормления животных. Выходить из машин строго воспрещается. Мне разрешил лично Зоар - вид у меня был достаточно диковатый, и ни ослы, ни козлы не желали приближаться. А бывает, что аддаксы (вид африканских антилоп-мендес с витыми рогами) и грациозные аравийские ориксы (рога - как сабля, потому они так и называются - саблерогие) нападают на шумных и назойливых путников, решивших выйти из машины и сделать лучший снимок года. Сходить с дороги нельзя еще и потому, что почва здесь - лессовая, запросто может засосать трактор.

В общем, уже понятно, что в заповеднике держат в сладкой сытной неволе страусов, аддаксов, аравийских ориксов, газелей, диких ослов (бегают быстрее лошади - 70-80 километров час), куланов (разновидность дикого осла - насколько позволяют понять мои отрицательные познания в зоологии). В вольерах для хищников - волки и гиены, пантера, рысь, лисы и далее по списку. В террариуме - ящерица песочного цвета с шипастым хвостом, ядовитые змеи и змеи подружелюбнее. В особом затемненном «ночном» павильоне - грызуны и летучие мыши, совсем не такие страшные, как на тель-авивских бульварах. За день до нашего приезда в заповедник у дикобразов родился дикображек: более смешного зрелища я давно не видела. Представьте себе крошечного мохнатого мягкого носорога из серого пушистого плюша, размером с ладонь, с хвостиком как у поросенка и полосками как у енота, очень оживленного, но на всякий случай прячущегося под животами у мамы и папы. Дикображек активно двигался под безопасным знакомым брюхом и просто-таки вопил от восторга и от того, что жизнь прекрасна. Позже, чтобы сохранить у себя эту иллюзию, он отращивает иголки и, как говорят, умеет наслаждаться сексом - единственный из животных.

А еще в Хай-Бар Йотвата есть кемпинг (компанию свыше 15 человек пустят в заповедник бесплатно), есть магазинчик с полезными путеводителями и резиновыми сувенирными мышами, и кинозал, где можно посмотреть несколько фильмов о дикой природе Израиле. Часть знаменитого фильма «Эрец Берешит» («Первозданная земля») израильского кинодокументалиста Моше Альперта снимали именно здесь. Вечером заповедник немного оживает, всего за год тут бывает до 50 000 человек. В «наш» день - никого, только газели в решетчатой тени акаций. И даже днем на этом раскаленном солнце легко представить, какого размера тут звезды ночью и каков тут метеоритный дождь в августе.

Заповедник Хай-Бар Йотвата существует с 1968 года, для публики его открыли в 1986-м. Часы работы и прочие мелочи можно заранее обговорить по телефону 08-6373057 или 08-6376018. Лучше приезжать сюда с октября по апрель или вечером, если вы не сторонник экстремального туризма.

Фото: Шай Кабаса


  КОЛЛЕГИ  РЕКОМЕНДУЮТ
  КОЛЛЕКЦИОНЕРАМ
Элишева Несис.
«Стервозное танго»
ГЛАВНАЯ   О ПРОЕКТЕ   УСТАВ   ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ   РЕКЛАМА   СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ  
® Culbyt.com
© L.G. Art Video 2013-2021
Все права защищены.
Любое использование материалов допускается только с письменного разрешения редакции.
programming by Robertson