home
Что посмотреть

«Синонимы» Надава Лапида

По словам режиссера, почти всё, что происходит в фильме с Йоавом, в том или ином виде случилось с ним самим, когда он после армии приехал в Париж. У Йоава (чей тезка, библейский Йоав был главнокомандующим царя Давида, взявшим Иерусалим) – посттравма и иллюзии, замешанные на мифе о герое Гекторе, защитнике Трои. Видно, таковым он себя и воображает, когда устраивается работать охранником в израильское посольство и когда учит французский в OFII. Но ведь научиться говорить на языке великих философов еще не значит расстаться с собственной идентичностью и стать французом. Сначала надо взять другую крепость – самого себя.

«Frantz» Франсуа Озона

В этой картине сходятся черное и белое (хотя невзначай, того и гляди, вдруг проглянет цветное исподнее), витальное и мортальное, французское и немецкое. Персонажи переходят с одного языка на другой и обратно, зрят природу в цвете от избытка чувств, мерещат невесть откуда воскресших юношей, играющих на скрипке, и вообще чувствуют себя неуютно на этом черно-белом свете. Французы ненавидят немцев, а немцы французов, ибо действие происходит аккурат после Первой мировой. Разрушенный войной комфортный мир сместил систему тоник и доминант, и Франсуа Озон поочередно запускает в наши (д)уши распеваемую народным хором «Марсельезу» и исполняемую оркестром Парижской оперы «Шехерезаду» Римского-Корсакова. На территории мучительного диссонанса, сдобренного не находящим разрешения тристан-аккордом, и обретаются герои фильма. Оттого распутать немецко-французскую головоломку зрителю удается далеко не сразу. 

«Патерсон» Джима Джармуша

В этом фильме всё двоится: стихотворец Патерсон и городишко Патерсон, bus driver и Адам Драйвер, волоокая иранка Лаура и одноименная муза Петрарки, японец Ясудзиро Одзу и японец Масатоси Нагасэ, черно-белые интерьеры и черно-белые капкейки, близнецы и поэты. Да, здесь все немножко поэты, и в этом как раз нет ничего странного. Потому что Джармуш и сам поэт, и фильмы свои он складывает как стихи. Звуковые картины, настоянные на медитации, на многочисленных повторах, на вроде бы рутине, а в действительности – на нарочитой простоте мироздания. Ибо любой поэт, даже если он не поэт, может начать всё с чистого листа.

Сцены из супружеской жизни

Театр «Гешер» совместно с тель-авивским Камерным поставили спектакль на вечный сюжет Ингмара Бергмана – «Сцены из супружеской жизни». По химическому составу крови этот спектакль довольно схож с бергмановским оригиналом; вероятно, оттого столь естественна игра двух актеров, Итая Тирана и Эфрат Бен-Цур. До того, что её и игрой-то сложно назвать, а если и так, то игрой в высшей совершенной степени.
Режиссер постановки Гилад Кимхи не только исследует под микроскопом грамматику эмоций, механизмы связи между мужчиной и женщиной – он, вслед за Бергманом, производит аутопсию современной супружеской жизни вообще. И жизнь эта, тесная и душная, как чужой ботинок, засасывает в себя зрителя. В ботинке к тому же оказывается камешек, и это уже сущий ад. «Ад – это другие», говорил Сартр. «Но когда другие перестают вам принадлежать, ад становится раем», мог бы сказать Бергман.

Раннего Шекспира, или «Как вам это понравится»

В тель-авивском Камерном театре играют пьесу «Как вам это понравится» в постановке Уди Бен-Моше. Точнее, ломают комедию, где при дворе свергнутого герцога плетутся интриги, а в заповедном лесу бродят счастливые и далекие от политики & практической жизни странники, изгнанники, философствующие актеры. В пространстве «дворец» – холод и тьма, люди с лицами наемных убийц; в пространстве «лес» – листва, и поэзия, и овечки с лицами добрых клоунов. Видеоарт и селфи, юмор века катастроф и скоростей – в переводе Дана Альмагора есть место дню сегодняшнему. И это нормально, думается, Шекспир бы оценил.

«Ужасных родителей» Жана Кокто

Необычный для нашего пейзажа режиссер Гади Ролл поставил в Беэр-Шевском театре спектакль о французах, которые говорят быстро, а живут смутно. Проблемы – вечные, старые, как мир: муж охладел к жене, давно и безвозвратно, а она не намерена делить сына с какой-то женщиной, и оттого кончает с собой. Жан Кокто, драматург, поэт, эстет, экспериментатор, был знаком с похожей ситуацией: мать его возлюбленного Жана Маре была столь же эгоистичной.
Сценограф Кинерет Киш нашла правильный и стильный образ спектакля – что-то среднее между офисом, складом, гостиницей, вокзалом; место нигде. Амир Криеф и Шири Голан, уникальный актерский дуэт, уже много раз создававший настроение причастности и глубины в разном материале, достойно отыгрывает смятенный трагифарс. Жан Кокто – в Беэр-Шеве.

Новые сказки для взрослых

Хоть и пичкали нас в детстве недетскими и отнюдь не невинными сказками Шарля Перро и братьев Гримм, знать не знали и ведать не ведали мы, кто все это сотворил. А началось все со «Сказки сказок» - пентамерона неаполитанского поэта, писателя, солдата и госчиновника Джамбаттисты Базиле. Именно в этом сборнике впервые появились прототипы будущих хрестоматийных сказочных героев, и именно по этим сюжетам-самородкам снял свои «Страшные сказки» итальянский режиссер Маттео Гарроне. Правда, под сюжетной подкладкой ощутимо просматриваются Юнг с Грофом и Фрезером, зато цепляет. Из актеров, коих Гарроне удалось подбить на эту авантюру, отметим Сальму Хайек в роли бездетной королевы и Венсана Касселя в роли короля, влюбившегося в голос старушки-затворницы. Из страннейших типов, чьи портреты украсили бы любую галерею гротеска, - короля-самодура (Тоби Джонс), который вырастил блоху до размеров кабана под кроватью в собственной спальне. Отметим также невероятно красивые с пластической точки зрения кадры: оператором выступил поляк Питер Сушицки, явно черпавший вдохновение в иллюстрациях старинных сказок Эдмунда Дюлака и Гюстава Доре.
Что послушать

Kutiman Mix the City

Kutiman Mix the City – обалденный интерактивный проект, выросший из звуков города-без-перерыва. Основан он на понимании того, что у каждого города есть свой собственный звук. Израильский музыкант планетарного масштаба Офир Кутель, выступающий под псевдонимом Kutiman, король ютьюбовой толпы, предоставляет всем шанс создать собственный ремикс из звуков Тель-Авива – на вашей собственной клавиатуре. Смикшировать вибрации города-без-перерыва на интерактивной видеоплатформе можно простым нажатием пальца (главное, конечно, попасть в такт). Приступайте.

Видеоархив событий конкурса Рубинштейна

Все события XIV Международного конкурса пианистов имени Артура Рубинштейна - в нашем видеоархиве! Запись выступлений участников в реситалях, запись выступлений финалистов с камерными составами и с двумя оркестрами - здесь.

Альбом песен Ханоха Левина

Люди на редкость талантливые и среди коллег по шоу-бизнесу явно выделяющиеся - Шломи Шабан и Каролина - объединились в тандем. И записали альбом песен на стихи Ханоха Левина «На побегушках у жизни». Любопытно, что язвительные левиновские тексты вдруг зазвучали нежно и трогательно. Грустинка с прищуром, впрочем, сохранилась.
Что почитать

«Год, прожитый по‑библейски» Эя Джея Джейкобса

...где автор на один год изменил свою жизнь: прожил его согласно всем законам Книги книг.

«Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов» Ёко Тавада

Жизнь – это долгое путешествие в вагоне на нижней полке.

Скрюченному человеку трудно держать равновесие. Но это тебя уже не беспокоит. Нельзя сказать, что тебе не нравится застывать в какой-нибудь позе. Но то, что происходит потом… Вот Кузнец выковал твою позу. Теперь ты должна сохранять равновесие в этом неустойчивом положении, а он всматривается в тебя, словно посетитель музея в греческую скульптуру. Потом он начинает исправлять положение твоих ног. Это похоже на внезапный пинок. Он пристает со своими замечаниями, а твое тело уже привыкло к своему прежнему положению. Есть такие части тела, которые вскипают от возмущения, если к ним грубо прикоснуться.

«Комедию д'искусства» Кристофера Мура

На сей раз муза-матерщинница Кристофера Мура подсела на импрессионистскую тему. В июле 1890 года Винсент Ван Гог отправился в кукурузное поле и выстрелил себе в сердце. Вот тебе и joie de vivre. А все потому, что незадолго до этого стал до жути бояться одного из оттенков синего. Дабы установить причины сказанного, пекарь-художник Люсьен Леззард и бонвиван Тулуз-Лотрек совершают одиссею по богемному миру Парижа на излете XIX столетия.
В романе «Sacré Bleu. Комедия д'искусства» привычное шутовство автора вкупе с псевдодокументальностью изящно растворяется в Священной Сини, подгоняемое собственным муровским напутствием: «Я знаю, что вы сейчас думаете: «Ну, спасибо тебе огромное, Крис, теперь ты всем испортил еще и живопись».

«Пфитц» Эндрю Крами

Шотландец Эндрю Крами начертал на бумаге план столицы воображариума, величайшего града просвещения, лихо доказав, что написанное существует даже при отсутствии реального автора. Ибо «язык есть изощреннейшая из иллюзий, разговор - самая обманчивая форма поведения… а сами мы - измышления, мимолетная мысль в некоем мозгу, жест, вряд ли достойный толкования». Получилась сюрреалистическая притча-лабиринт о несуществующих городах - точнее, существующих лишь на бумаге; об их несуществующих жителях с несуществующими мыслями; о несуществующем безумном писателе с псевдобиографией и его существующих романах; о несуществующих графах, слугах и видимости общения; о великом князе, всё это придумавшем (его, естественно, тоже не существует). Рекомендуется любителям медитативного погружения в небыть.

«Тинтина и тайну литературы» Тома Маккарти

Что такое литературный вымысел и как функционирует сегодня искусство, окруженное прочной медийной сетью? Сей непростой предмет исследует эссе британского писателя-интеллектуала о неунывающем репортере с хохолком. Появился он, если помните, аж в 1929-м - стараниями бельгийского художника Эрже. Неповторимый флёр достоверности вокруг вымысла сделал цикл комиксов «Приключения Тинтина» культовым, а его герой получил прописку в новейшей истории. Так, значит, это литература? Вроде бы да, но ничего нельзя знать доподлинно.

«Неполную, но окончательную историю...» Стивена Фрая

«Неполная, но окончательная история классической музыки» записного британского комика - чтиво, побуждающее мгновенно испустить ноту: совершенную или несовершенную, голосом или на клавишах/струнах - не суть. А затем удариться в запой - книжный запой, вестимо, и испить эту чашу до дна. Перейти вместе с автором от нотного стана к женскому, познать, отчего «Мрачный Соломон сиротливо растит флоксы», а правая рука Рахманинова напоминает динозавра, и прочая. Всё это крайне занятно, так что... почему бы и нет?
Что попробовать

Тайские роти

Истинно райское лакомство - тайские блинчики из слоеного теста с начинкой из банана. Обжаривается блинчик с обеих сторон до золотистости и помещается в теплые кокосовые сливки или в заварной крем (можно использовать крем из сгущенного молока). Подается с пылу, с жару, украшенный сверху ледяным кокосовым сорбе - да подается не абы где, а в сиамском ресторане «Тигровая лилия» (Tiger Lilly) в тель-авивской Сароне.

Шомлойскую галушку

Легендарная шомлойская галушка (somlói galuska) - винтажный ромовый десерт, придуманный, по легенде, простым официантом. Отведать ее можно практически в любом ресторане Будапешта - если повезет. Вопреки обманчиво простому названию, сей кондитерский изыск являет собой нечто крайне сложносочиненное: бисквит темный, бисквит светлый, сливки взбитые, цедра лимонная, цедра апельсиновая, крем заварной (патисьер с ванилью, ммм), шоколад, ягоды, орехи, ром... Что ни слой - то скрытый смысл. Прощай, талия.

Бисквитную пасту Lotus с карамелью

Классическое бельгийское лакомство из невероятного печенья - эталона всех печений в мире. Деликатес со вкусом карамели нужно есть медленно, миниатюрной ложечкой - ибо паста так и тает во рту. Остановиться попросту невозможно. Невзирая на калории.

Шоколад с васаби

Изысканный тандем - горький шоколад и зеленая японская приправа - кому-то может показаться сочетанием несочетаемого. Однако распробовавшие это лакомство считают иначе. Вердикт: правильный десерт для тех, кто любит погорячее. А также для тех, кто недавно перечитывал книгу Джоанн Харрис и пересматривал фильм Жерара Кравчика.

Торт «Саркози»

Как и Париж, десерт имени французского экс-президента явно стоит мессы. Оттого и подают его в ресторане Messa на богемной тель-авивской улице ха-Арбаа. Горько-шоколадное безумие (шоколад, заметим, нескольких сортов - и все отменные) заставляет поверить в то, что Саркози вернется. Не иначе.

Опера о лагере смерти

09.04.2019

Израильская опера впервые обращается к партитуре Мечислава Вайнберга о лагере смерти – премьера постановки состоится накануне Дня Катастрофы. Созданная на либретто музыковеда Александра Медведева по мотивам автобиографической повести Зофьи Посмыш «Пассажирка из каюты 45», эта опера является, с одной стороны, обобщенным манифестом человеколюбия, а с другой – предельно интимным и болезненным высказыванием. 

«Не устаю восхищаться оперой «Пассажирка» Вайнберга. Трижды прослушал её, изучал партитуру и с каждым разом всё глубже постигал красоту и величие этой музыки. Мастерское, совершенное по стилю произведение», –писал Шостакович. Опера была запрещена к постановке в СССР, хотя Дмитрий Дмитриевич признавался, что был бы счастлив, если бы на партитуре стояло его имя. В восторге были и критики, услышавшие концертное исполнение этой оперы в 2006 году, и публика, присутствовавшая в зале.

Один из самых известных оперных режиссеров Европы, англичанин Дэвид Паунтни в 2010 году первым в мире осуществил полноценную сценическую постановку «Пассажирки» в Брегенце, пригласив дирижера Теодора Курентзиса, незадолго до того проведшего концертное исполнение оперы в Новосибирске. Спектакль Паунтни был впоследствии перенесен в Варшаву, Мадрид, Лондон, Хьюстон, Чикаго, Детройт и Майами; это единственная на данный момент постановка «Пассажирки», выпущенная на DVD и Blu-Ray.

Опере, герои которой поют на восьми языках – русском, польском, немецком, французском, греческом, идиш, чешском и английском, – предпослан эпиграф из Поля Элюара: «Если заглохнет эхо их голосов, мы погибнем…» Вкратце ее содержание таково.

В 1960 году на лайнере, плывущем в Южную Америку, Лиза, жена немецкого дипломата, встречает Марту – тень из прошлого, заключенную из концентрационного лагеря, в котором, как выясняется, Лиза служила надзирательницей. Ее попытки объяснить мужу то, что случилось тогда, чередуются со сценами из лагерной жизни, причем рассказ ведется одновременно и ею, и хором, излагающим иную версию событий. Лиза давно похоронила в душе Марту и теперь боится, что бывшая заключенная начнет обвинять ее в былых преступлениях. А для Марты встреча с Лизой воскрешает страшные воспоминания. Последняя сцена оперы – потрясающий плач Марты: «Никогда не забуду друзей, погибших в Освенциме…»

Мы так и не узнаем, действительно ли выжила Марта в концлагере или она – плод воспаленного воображения Лизы. Но это не так важно; главное – это неортодоксальная вайнбергова музыка.

«Сила или бессилие художника в том, сможет ли он выразить вечную, всем известную правду, озарив ее новым, своим светом», – писал Мечислав Вайнберг (1919–1996), человек невероятной судьбы. При жизни композитора его музыка звучала с теле- и киноэкранов (в фильмах «Летят журавли», «Последний дюйм», «Афоня», «Тегеран-43», «Гиперболоид инженера Гарина» и в мультфильме «Винни-Пух»), в концертных залах и оперных театрах («Идиот» по Достоевскому), в консерваторских классах и даже в цирке. Однако многие сочинения композитора при его жизни так и не дошли до слушателей, а после смерти Вайнберг на долгие годы был практически забыт.

Вайнберг бежал из Польши в СССР вскоре после нападения фашистской Германии. Его родители и сестра погибли от рук нацистов в концлагере Травники. Отец его первой жены Соломон Михоэлс был убит по приказу Сталина. Да и сам он, избежав трагической участи польских евреев, попал в сталинские застенки: в феврале 1953 года Вайнберга арестовали по подозрению в причастности к «делу врачей» (по которому проходил двоюродный брат Соломона Михоэлса, известный терапевт Мирон Вовси), посадили в Бутырскую тюрьму, где он провел в заключении почти три месяца. Его подвергали пыткам, мучили бесконечными ночными допросами, но он не подписал ни одного доноса. «Могучий дух в хрупком теле», – так в одной из статей сказал о Мечиславе его друг, композитор Лев Солин. Из Бутырки Вайнберг вышел лишь благодаря смерти Сталина – дело свернули.

Опера «Пассажирка», написанная по заказу Большого театра, была закончена в 1968 году, но при жизни Вайнберга не исполнялась, отвергнутая за «абстрактный гуманизм». Премьера должна была состояться в конце 1968 года, но ее отменили без объяснения причин. Или причины лежали на поверхности? В июне 1967-го случилась Шестидневная война, после которой СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем, а отношение к евреям у советских властей стало еще более подозрительным, чем прежде.

Впервые «Пассажирка» Моисея Вайнберга прозвучала в 2006 году в Московском доме музыки в концертном исполнении силами артистов Московского музыкального театра им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко под управлением дирижера Вольфа Горелика. В премьерные дни в «Российской газете» появился большой материал Дмитрия Абаулина «За что запрещали «Пассажирку», где либреттист оперы Александр Медведев поведал историю ее создания. Он особо подчеркнул, что появлению оперы на свет во многом способствовал Дмитрий Шостакович, который познакомился с Вайнбергом во время войны. Однажды Дмитрий Дмитриевич сказал своим более молодым коллегам: «Вы должны вместе написать оперу, у вас должно получиться. Постарайтесь!» А прослушав уже законченный опус, сразу же воскликнул: «Это шедевр!». По воспоминаниям Александра Медведева, вместе с которым Вайнберг написал многие свои оперы, за два дня до смерти Мечислав Самуилович сожалел лишь об одном – что так никогда и не услышит «Пассажирку» на сцене.

Зофья Посмыш (она-то и была заключенной в бараке номер 45) родилась в 1923 году в Кракове. В 1942-м за распространение листовок Союза вооруженной борьбы она попала в гестаповскую тюрьму Монтелюпих, потом в концлагеря Освенцим и Равенсбрюк. Она выжила и вышла из освобожденного лагеря в мае 1945 года. После войны Посмыш переехала в Варшаву, где закончила факультет польского языка и литературы, работала корректором в газете. В 1952 году началось ее сотрудничество с Польским радио. Во время подготовки материала для репортажа произошла встреча, которая вдохновила ее на создание радиопьесы «Пассажирка из каюты 45» – о том, как можно сохранить человеческое достоинство и веру в гуманизм даже в земном аду. «Мы наткнулись в Париже, на площади Согласия, а это был 1959 год, на группу немцев. Услышав их язык, я тут же представила себе, что могла бы сделать, если бы встретила свою надзирательницу. Этими сомнениями я поделилась с мужем. Мой бесценный муж сказал: «Смотри у меня, только попробуй не написать об этом!» И именно после этого я написала первую радиопьесу, которая открыла мне путь в литературу».

Позже «Пассажирку из каюты 45» адаптировали для Театра телевидения. Режиссер телеспектакля Анджей Мунк предложил Зофье Посмыш написать киноновеллу. Она согласилась. Затем на основе новеллы Посмыш и Мунк создали сценарий для фильма. После внезапной смерти Мунка, когда возникли опасения, что фильм никогда не будет закончен, Зофья Посмыш предложила свою новеллу издательству «Чительник». Там ее попросили переработать текст из «театрально-диалогового» в прозаический, и так появилась повесть. Фильм закончил один из коллег Мунка, Витольд Лесевич. Однако его реализация была далека от изначального замысла Мунка, он просто создал фильм об Освенциме. После премьеры фильма в Москве к Зофье Посмыш подошел Александр Медведев, завлит одного из театров, и попросил разрешения написать по ее повести, незадолго до того опубликованной и по-русски в «Роман-газете», либретто к опере для Мечислава Вайнберга. Около 1968 года опера была закончена, однако на сцену ее не допустили, пришлось довольствоваться фортепианным показом Вайнберга в Союзе композиторов. Безуспешными оказались и попытки поставить оперу в Праге, Таллинне и Лодзи. После премьеры концертной версии оперы в Москве (2006), она заинтересовала представителей фестиваля в Брегенце, которые связались с Зофьей Посмыш. Затем была встреча во Фрайбурге, где с писательницей разговаривал также британский режиссер Дэвид Паунтни. В августе 2010 года на фестивале в Брегенце опера наконец получила сценическое воплощение. Во время репетиций Дэвид Паунтни встречался не только с Посмыш, но и с Александром Медведевым, постоянным соавтором Вайнберга.

Поначалу сама Посмыш не верила, что тему Освенцима можно представить в музыкальной драме. Но художник Йохан Энгельс из ЮАР придумал идеальную сценическую конструкцию: он разделил пространство по горизонтали на черно-белые плоскости. Наверху – океанский лайнер и все его пассажиры в белом. Внизу – мрачный мир концлагеря, населенный заключенными, надсмотрщицами и офицерами СС. Хор, сидящий на крыше товарного вагона (он же – лагерные нары), оказывается третьим горизонтом сценического пространства, его функции в опере близки к хору в античной трагедии.

В Израильской опере «Пассажирку» ставит Дэвид Паунтни; сценографом выступит Йохан Энгельс, художником по костюмам – Мари-Жан Лекка, художником по свету – Кристоф Форе, постановщиком боев – Ран Артур Браун. За дирижерским пультом – американский маэстро Стивен Меркурио.

Партию Марты разделят в разных составах Адриен Микш и Ира Бертман, Лизы – Даведа Каранас и Идит Замир, Вальтера – Давид Данхольт и Питер Марш, Тадеуша – Морган Смит и Одер Райх. Катю споет Алла Василевицкая, Кристину – Анат Чарны, Власту – Даниэла Скорка, Ханну – Шай Блох, Иветт – Моран Абулоф, Старуху – Лариса Татуева, Бронку – Злата Хершберг, Первого офицера – Ноах Бригер, Второго офицера – Владимир Браун, Третьего офицера – Даниэль Бейтс, Пожилого пассажира и Стюарда – Яир Полищук, Офицера СС – Габриэла Борщман, Скрипача – Дотан Таль.

«Пассажирка» будет идти на сцене Израильской оперы с 30 апреля по 6 мая. Заказ билетов здесь.

Фото: Karl Forster


  КОЛЛЕГИ  РЕКОМЕНДУЮТ
  КОЛЛЕКЦИОНЕРАМ
Элишева Несис.
«Стервозное танго»
ГЛАВНАЯ   О ПРОЕКТЕ   УСТАВ   ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ   РЕКЛАМА   СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ  
® Culbyt.com
© L.G. Art Video 2013-2019
Все права защищены.
Любое использование материалов допускается только с письменного разрешения редакции.
programming by Robertson