home
Что посмотреть

«Паразиты» Пон Чжун Хо

Нечто столь же прекрасное, что и «Магазинные воришки», только с бо́льшим драйвом. Начинаешь совершенно иначе воспринимать философию бытия (не азиаты мы...) и улавливать запах бедности. «Паразиты» – первый южнокорейский фильм, удостоенный «Золотой пальмовой ветви» Каннского фестиваля. Снял шедевр Пон Чжун Хо, в привычном для себя мультижанре, а именно в жанре «пончжунхо». Как всегда, цепляет.

«Синонимы» Надава Лапида

По словам режиссера, почти всё, что происходит в фильме с Йоавом, в том или ином виде случилось с ним самим, когда он после армии приехал в Париж. У Йоава (чей тезка, библейский Йоав был главнокомандующим царя Давида, взявшим Иерусалим) – посттравма и иллюзии, замешанные на мифе о герое Гекторе, защитнике Трои. Видно, таковым он себя и воображает, когда устраивается работать охранником в израильское посольство и когда учит французский в OFII. Но ведь научиться говорить на языке великих философов еще не значит расстаться с собственной идентичностью и стать французом. Сначала надо взять другую крепость – самого себя.

«Frantz» Франсуа Озона

В этой картине сходятся черное и белое (хотя невзначай, того и гляди, вдруг проглянет цветное исподнее), витальное и мортальное, французское и немецкое. Персонажи переходят с одного языка на другой и обратно, зрят природу в цвете от избытка чувств, мерещат невесть откуда воскресших юношей, играющих на скрипке, и вообще чувствуют себя неуютно на этом черно-белом свете. Французы ненавидят немцев, а немцы французов, ибо действие происходит аккурат после Первой мировой. Разрушенный войной комфортный мир сместил систему тоник и доминант, и Франсуа Озон поочередно запускает в наши (д)уши распеваемую народным хором «Марсельезу» и исполняемую оркестром Парижской оперы «Шехерезаду» Римского-Корсакова. На территории мучительного диссонанса, сдобренного не находящим разрешения тристан-аккордом, и обретаются герои фильма. Оттого распутать немецко-французскую головоломку зрителю удается далеко не сразу. 

«Патерсон» Джима Джармуша

В этом фильме всё двоится: стихотворец Патерсон и городишко Патерсон, bus driver и Адам Драйвер, волоокая иранка Лаура и одноименная муза Петрарки, японец Ясудзиро Одзу и японец Масатоси Нагасэ, черно-белые интерьеры и черно-белые капкейки, близнецы и поэты. Да, здесь все немножко поэты, и в этом как раз нет ничего странного. Потому что Джармуш и сам поэт, и фильмы свои он складывает как стихи. Звуковые картины, настоянные на медитации, на многочисленных повторах, на вроде бы рутине, а в действительности – на нарочитой простоте мироздания. Ибо любой поэт, даже если он не поэт, может начать всё с чистого листа.

«Ужасных родителей» Жана Кокто

Необычный для нашего пейзажа режиссер Гади Ролл поставил в Беэр-Шевском театре спектакль о французах, которые говорят быстро, а живут смутно. Проблемы – вечные, старые, как мир: муж охладел к жене, давно и безвозвратно, а она не намерена делить сына с какой-то женщиной, и оттого кончает с собой. Жан Кокто, драматург, поэт, эстет, экспериментатор, был знаком с похожей ситуацией: мать его возлюбленного Жана Маре была столь же эгоистичной.
Сценограф Кинерет Киш нашла правильный и стильный образ спектакля – что-то среднее между офисом, складом, гостиницей, вокзалом; место нигде. Амир Криеф и Шири Голан, уникальный актерский дуэт, уже много раз создававший настроение причастности и глубины в разном материале, достойно отыгрывает смятенный трагифарс. Жан Кокто – в Беэр-Шеве.

Новые сказки для взрослых

Хоть и пичкали нас в детстве недетскими и отнюдь не невинными сказками Шарля Перро и братьев Гримм, знать не знали и ведать не ведали мы, кто все это сотворил. А началось все со «Сказки сказок» - пентамерона неаполитанского поэта, писателя, солдата и госчиновника Джамбаттисты Базиле. Именно в этом сборнике впервые появились прототипы будущих хрестоматийных сказочных героев, и именно по этим сюжетам-самородкам снял свои «Страшные сказки» итальянский режиссер Маттео Гарроне. Правда, под сюжетной подкладкой ощутимо просматриваются Юнг с Грофом и Фрезером, зато цепляет. Из актеров, коих Гарроне удалось подбить на эту авантюру, отметим Сальму Хайек в роли бездетной королевы и Венсана Касселя в роли короля, влюбившегося в голос старушки-затворницы. Из страннейших типов, чьи портреты украсили бы любую галерею гротеска, - короля-самодура (Тоби Джонс), который вырастил блоху до размеров кабана под кроватью в собственной спальне. Отметим также невероятно красивые с пластической точки зрения кадры: оператором выступил поляк Питер Сушицки, явно черпавший вдохновение в иллюстрациях старинных сказок Эдмунда Дюлака и Гюстава Доре.
Что послушать

Kutiman Mix the City

Kutiman Mix the City – обалденный интерактивный проект, выросший из звуков города-без-перерыва. Основан он на понимании того, что у каждого города есть свой собственный звук. Израильский музыкант планетарного масштаба Офир Кутель, выступающий под псевдонимом Kutiman, король ютьюбовой толпы, предоставляет всем шанс создать собственный ремикс из звуков Тель-Авива – на вашей собственной клавиатуре. Смикшировать вибрации города-без-перерыва на интерактивной видеоплатформе можно простым нажатием пальца (главное, конечно, попасть в такт). Приступайте.

Видеоархив событий конкурса Рубинштейна

Все события XIV Международного конкурса пианистов имени Артура Рубинштейна - в нашем видеоархиве! Запись выступлений участников в реситалях, запись выступлений финалистов с камерными составами и с двумя оркестрами - здесь.

Альбом песен Ханоха Левина

Люди на редкость талантливые и среди коллег по шоу-бизнесу явно выделяющиеся - Шломи Шабан и Каролина - объединились в тандем. И записали альбом песен на стихи Ханоха Левина «На побегушках у жизни». Любопытно, что язвительные левиновские тексты вдруг зазвучали нежно и трогательно. Грустинка с прищуром, впрочем, сохранилась.
Что почитать

«Год, прожитый по‑библейски» Эя Джея Джейкобса

...где автор на один год изменил свою жизнь: прожил его согласно всем законам Книги книг.

«Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов» Ёко Тавада

Жизнь – это долгое путешествие в вагоне на нижней полке.

Скрюченному человеку трудно держать равновесие. Но это тебя уже не беспокоит. Нельзя сказать, что тебе не нравится застывать в какой-нибудь позе. Но то, что происходит потом… Вот Кузнец выковал твою позу. Теперь ты должна сохранять равновесие в этом неустойчивом положении, а он всматривается в тебя, словно посетитель музея в греческую скульптуру. Потом он начинает исправлять положение твоих ног. Это похоже на внезапный пинок. Он пристает со своими замечаниями, а твое тело уже привыкло к своему прежнему положению. Есть такие части тела, которые вскипают от возмущения, если к ним грубо прикоснуться.

«Комедию д'искусства» Кристофера Мура

На сей раз муза-матерщинница Кристофера Мура подсела на импрессионистскую тему. В июле 1890 года Винсент Ван Гог отправился в кукурузное поле и выстрелил себе в сердце. Вот тебе и joie de vivre. А все потому, что незадолго до этого стал до жути бояться одного из оттенков синего. Дабы установить причины сказанного, пекарь-художник Люсьен Леззард и бонвиван Тулуз-Лотрек совершают одиссею по богемному миру Парижа на излете XIX столетия.
В романе «Sacré Bleu. Комедия д'искусства» привычное шутовство автора вкупе с псевдодокументальностью изящно растворяется в Священной Сини, подгоняемое собственным муровским напутствием: «Я знаю, что вы сейчас думаете: «Ну, спасибо тебе огромное, Крис, теперь ты всем испортил еще и живопись».

«Пфитц» Эндрю Крами

Шотландец Эндрю Крами начертал на бумаге план столицы воображариума, величайшего града просвещения, лихо доказав, что написанное существует даже при отсутствии реального автора. Ибо «язык есть изощреннейшая из иллюзий, разговор - самая обманчивая форма поведения… а сами мы - измышления, мимолетная мысль в некоем мозгу, жест, вряд ли достойный толкования». Получилась сюрреалистическая притча-лабиринт о несуществующих городах - точнее, существующих лишь на бумаге; об их несуществующих жителях с несуществующими мыслями; о несуществующем безумном писателе с псевдобиографией и его существующих романах; о несуществующих графах, слугах и видимости общения; о великом князе, всё это придумавшем (его, естественно, тоже не существует). Рекомендуется любителям медитативного погружения в небыть.

«Тинтина и тайну литературы» Тома Маккарти

Что такое литературный вымысел и как функционирует сегодня искусство, окруженное прочной медийной сетью? Сей непростой предмет исследует эссе британского писателя-интеллектуала о неунывающем репортере с хохолком. Появился он, если помните, аж в 1929-м - стараниями бельгийского художника Эрже. Неповторимый флёр достоверности вокруг вымысла сделал цикл комиксов «Приключения Тинтина» культовым, а его герой получил прописку в новейшей истории. Так, значит, это литература? Вроде бы да, но ничего нельзя знать доподлинно.

«Неполную, но окончательную историю...» Стивена Фрая

«Неполная, но окончательная история классической музыки» записного британского комика - чтиво, побуждающее мгновенно испустить ноту: совершенную или несовершенную, голосом или на клавишах/струнах - не суть. А затем удариться в запой - книжный запой, вестимо, и испить эту чашу до дна. Перейти вместе с автором от нотного стана к женскому, познать, отчего «Мрачный Соломон сиротливо растит флоксы», а правая рука Рахманинова напоминает динозавра, и прочая. Всё это крайне занятно, так что... почему бы и нет?
Что попробовать

Тайские роти

Истинно райское лакомство - тайские блинчики из слоеного теста с начинкой из банана. Обжаривается блинчик с обеих сторон до золотистости и помещается в теплые кокосовые сливки или в заварной крем (можно использовать крем из сгущенного молока). Подается с пылу, с жару, украшенный сверху ледяным кокосовым сорбе - да подается не абы где, а в сиамском ресторане «Тигровая лилия» (Tiger Lilly) в тель-авивской Сароне.

Шомлойскую галушку

Легендарная шомлойская галушка (somlói galuska) - винтажный ромовый десерт, придуманный, по легенде, простым официантом. Отведать ее можно практически в любом ресторане Будапешта - если повезет. Вопреки обманчиво простому названию, сей кондитерский изыск являет собой нечто крайне сложносочиненное: бисквит темный, бисквит светлый, сливки взбитые, цедра лимонная, цедра апельсиновая, крем заварной (патисьер с ванилью, ммм), шоколад, ягоды, орехи, ром... Что ни слой - то скрытый смысл. Прощай, талия.

Бисквитную пасту Lotus с карамелью

Классическое бельгийское лакомство из невероятного печенья - эталона всех печений в мире. Деликатес со вкусом карамели нужно есть медленно, миниатюрной ложечкой - ибо паста так и тает во рту. Остановиться попросту невозможно. Невзирая на калории.

Шоколад с васаби

Изысканный тандем - горький шоколад и зеленая японская приправа - кому-то может показаться сочетанием несочетаемого. Однако распробовавшие это лакомство считают иначе. Вердикт: правильный десерт для тех, кто любит погорячее. А также для тех, кто недавно перечитывал книгу Джоанн Харрис и пересматривал фильм Жерара Кравчика.

Торт «Саркози»

Как и Париж, десерт имени французского экс-президента явно стоит мессы. Оттого и подают его в ресторане Messa на богемной тель-авивской улице ха-Арбаа. Горько-шоколадное безумие (шоколад, заметим, нескольких сортов - и все отменные) заставляет поверить в то, что Саркози вернется. Не иначе.

Белая тель-авивская ночь

22.06.2014Лина Гончарская

Не спешите записывать Тель-Авив во внебрачные сыновья Санкт-Петербурга (где июньскими ночами уж точно белым-бело) – город-без-перерыва соблазняет нас «белыми ночами» совсем по другой причине. Просто в 2003 году из тель-авивской мэрии раздался молодецкий посвист, на который отозвались все представители местного бомонда вкупе с местной богемой. С той поры и повелось: угощаться искусством в мегаполисе, который-никогда-не-спит, в ночь с 26 на 27 июня. Ну разумеется, тому была веская причина: аккурат 11 лет назад ЮНЕСКО признала Тель-Авив «Белым городом», шедевром баухауза, мировым достоянием. И в честь этого события устроили традиционный ежегодный праздник, он же фестиваль «Белая ночь».

На сей раз, как и прежде, в битве за души полуночников сеанс групповой терапии устраивают почти все городские музеи, театры, галереи, концертные залы и прочая. Если вам по душе массово-народное, отправляйтесь на рынок ха-Тиква, в шумную толпу лицедеев, скоморохов, уличных музыкантов и плясунов. Или в яффский порт послушать выступления рок-групп – вроде долгоиграющего «Рокфора». Или на площадь Габима, где знойные танцовщицы живота обучат вас танцам «в болливудском стиле». Нечто похожее – знойно-народное плюс сальса – ожидается в центре Сюзан Далаль. Хотя самое крутое – это, конечно, «Вечеринка в наушниках» со смартфонами, на которые надо скачать аппликацию «Радио Тель-Авив 102FM». Стартует дискотека на площади Рабина в 20:00, финиширует в 02:00 – и всё это, что примечательно, в полной тишине. Подобные «тихие» вечеринки, для нашей страны не характерные, в Европе, Индии и даже Африке в фаворе уже с начала нулевых – хотя придумали их финские фантасты полвека назад.

Тель-Авивский музей искусств ударит автопробегом по бюрократизму, устроив демократичнейшую Art After Party. Включает она не только прогулку по главному музею города, но и бесплатные автобусные арт-экскурсии по четырем маршрутам в места не столь отдаленные. А именно, в Музей дизайна в Холоне, музей Moby в Бат-Яме, Музей искусств в Петах-Тикве и Музей современного искусства в Герцлии.

Угодно сделать ставку на буржуазный шик? Тогда вам сюда – на площадь перед тель-авивским Центром сценических искусств, где в 20:45 начнется совместный марафон Камерного театра и Израильской оперы. Ривка Михаэли – ведущая актриса Камерного театра и ведущая марафона единовременно – предложит дегустацию песен из различных постановок, солисты Израильской оперы – аналогичную дегустацию арий и дуэтов. Бродить под темным звездным небом вовсе не обязательно – можно войти в зал и вообразить, что за стенами его и впрямь светло (как, собственно, и в стенах). Потому что ровно в полночь в зале Израильской оперы всё продолжится – праздношатающиеся арии и ансамбли с вечной улыбкой на губах будут звучать до самого утра, в исполнении вокалистов крупного калибра и (ну да) калибра помельче. Зато слушаются эти оперы с мюзиклами – от Моцарта до Уэббера – всегда на ура. Особенно если вас тянет вернуться во времена, когда пара дельных аккордов была важнее дорогого продакшна.

Любителей британского юмора приглашает тель-авивская Синематека, где в 21:00 начнется хит-парад скетчей легендарной комической группы «Монти Пайтон». В тот же час на сцену клуба «Барби» взойдет одна из самых качественных отечественных групп «Кнесият ха-сехель» (в вольном переводе – «Ума палата»).

Предпочитаете винтаж? Тогда идите своим путем – он приведет вас в центр Фелиции Блюменталь на улице Бялика, где в 20:30 грядет представление оперной труппы Piccola. Детище режиссера Алекса Кагана и певицы Аелет Коэн угостит премьерой первой оперы Пуччини «Виллисы», созданной по мотивам той же легенды, что и балет «Жизель». Опера сия столь же красивая, сколь и редко исполняемая, с невидимым хором, с девушками-привидениями – лесными духами, мстящими женихам, обманувшим своих невест (и поделом им). Аелет Коэн, директор труппы Piccola, недавно вернувшаяся из Сан-Франциско, признается, что ей хотелось взрастить на израильской почве традиции тамошней Pocket Opera, то бишь «карманной оперы», доступной самой широкой аудитории. Именно оттого в ее театре оперы исполняются не на языке оригинала, а на иврите, причем перевод выполнен так, чтобы смысл поющегося стал предельно близок народу.

В бывшей колонии темплеров Сароне, основанной немецкими поселенцами в центре нынешнего Тель-Авива и превращенной усилиями мэрии в сказочный городок, с 21:00 до 23:00 можно будет наблюдать паблик-арт в лучших его проявлениях. Молодежные спектакли, танцевальные шоу, перформансы и прочие телесные фантазии a la «фриндж выходит в город» дополнятся живыми скульптурами и видеофильмами, и всё это будет в буквальном смысле пульсировать: речь идет о коротких представлениях по 15 минут каждое. По словам худруков программы, «Пульс ночи» в Сароне – гимн независимому искусству в общественном пространстве, подразумевающий коммуникацию с оным. Ведь паблик-арт, по сути, позволяет ощутить искусство как продолжение нашего мира, пересмотреть границы пространства с точки зрения художественного опыта.

Участники эксперимента – ведущие мастера израильского фринджа, позеры, эстеты и стиляги: хореограф Дафи Эльтабаб со спектаклем «Под ковриком» – о том, как забавно подглядывать за жизнью в чужих квартирах; Аелет Йекутиэль с «Кочующим телом» – об острых ощущениях, которые испытывает кочевник-бродяга в неведомых местах, и о нашей удивительной способности адаптироваться к любым обстоятельствам; Майя Бриннер с балетом «Красные леди» – о трех женщинах, стремящихся к индивидуальности в мире клонов; Талья Бек с очередной аскезой «От меня» – о мире, в котором правят эстетические законы; охочая до ретрозвука певица Яэль Расули с музыкальным представлением «Граммофон», ностальгирующим по 1920-1940-м; Михаль Савирони с сатирическим спектаклем-кабаре «Мать диктатора с головой в песке» – в действе участвуют куклы, цирковые артисты и различные части тела.

В любви к видеоискусству распишутся Дария Левин с фильмом «Мое тело и кости мои» – маленькой одой бессмысленности жизни; Леа Сильвер с медитацией на тему «Закрой лицо», от которой бросает в краску; Ноа Дар с «Королевством», где придворным дамам доступны любые радости воспаленного мозга; Идан Шварц с «Project Oscula» – исследованием поцелуя в различных ситуациях. Напоследок рэпер и поэт Джимбо J (размер ноги 45, густая рыжеватая борода) вкупе с Ифтахом Лейбовичем (косящий под актера, студента, писателя, учителя Торы сын человеческий) отправят свои пророчества в ночной тель-авивский воздух.

«Белая ночь» – та самая чудаковатая ночь, когда искусство не приходится искать с фонарем. Надо признать, белая ночь Тель-Авиву чертовски идет.

Фото: dreamstime, Александр Цинкер, Йоси Цвекер, Моше Коэн, Йонатан Цур


  КОЛЛЕГИ  РЕКОМЕНДУЮТ
  КОЛЛЕКЦИОНЕРАМ
Элишева Несис.
«Стервозное танго»
ГЛАВНАЯ   О ПРОЕКТЕ   УСТАВ   ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ   РЕКЛАМА   СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ  
® Culbyt.com
© L.G. Art Video 2013-2024
Все права защищены.
Любое использование материалов допускается только с письменного разрешения редакции.
programming by Robertson